***
Раньше семья отставного офицера Царской Армии Борисова Игнатия Петровича, с супругой, выпускницей Смольного института Еленой Никитичной с их маленькой дочерью Софией проживали в изолированной квартире на Фонтанке. Они никогда не жили в роскоши, но и не нуждались. Отец, вернувшийся с фронта первой мировой войны с простреленным лёгким, тяжело болел. В семье появились трудности и в материальном положении.
В воздухе витала тревога, пронизывающая весь Санкт-Петербург, который вдруг с четырнадцатого года стал называться Петроградом. Но ничто не могло помешать этой семье оставаться в бодром состоянии духа. Они по-прежнему относились друг к другу с взаимной любовью и уважением, вели скромный образ жизни, подобающий интеллигентной семье.
Софочка родилась в девятьсот тринадцатом году. В девятнадцатом году, когда ей исполнилось шесть лет, отца арестовали. Как он умирал и где, Елене Никитичне узнать так и не удалось. Вскоре их выселили из изолированной квартиры на Фонтанке, дав ордер на заселение в большой, на десять семей, коммунальной квартире.
Так и стали они жить в бедности среди проживающих рядом с ними разных людей. Разных не только по национальности, но и по сословию. Большую коммунальную квартиру населяли и те, кого соседи причисляли к "бывшим" и "настоящие". Добрые, злые, отзывчивые и безразличные, умные и глупые люди.
В тысяча девятьсот двадцать восьмом году у Тамары Эдуардовны, с которой мать Софьи очень была дружна, поселился племянник, прибывший с женой из Ростова-на-Дону.
Зиночка, милая, отзывчивая, добрая молодая женщина была по национальности армянка. Впрочем, как и её муж и его тётушка. Разговаривая по-русски с небольшим приятным она забавно спрашивала:
– Как это? Как это сказать?
Когда Макар уезжал в командировку, женщины, вечерами собирались за столом в комнате Тамары Эдуардовны и за чаем рассказывали друг другу о своей прошлой жизни. Рассказывали, конечно, Елена Никитична и Тамара Эдуардовна. А Софья слушала их откровения, млела от тихой и плавной речи, которая переносила её в какой-то другой мир.
Но однажды Зина решила поделиться с ними, об истории своей семьи, о родителях, которых давно потеряла, и о наступившей тяжелой жизни без них. Эти рассказы Зины больше всего поражали воображение Софьи. Она так красочно и искренне рассказывала о том, что ей и её семье пришлось пережить, что Софье казалось, что она читает какую-то интересную приключенческую книгу. О тайне, которую она хранила многие годы, она, конечно, умолчала, решив, что для этого ещё не настало время.
Так они жили в дружбе, помогая друг другу в эти тяжёлые для всех годы. В тридцатом году Зиночка родила мальчика. Беременность проходила тяжело. Зина очень ослабла, поэтому и роды были тяжелыми и с неприятными последствиями. Зина стала часто и тяжело болеть. Для её ослабленных постоянными пневмониями лёгких был вреден тяжёлый климат Ленинграда. К этому времени старенькую Варвару похоронили. Но женщины помнили все её наказы по лечению Зиночки и старались выполнять всё в точности, как это делала она. Но помогало такое лечение ненадолго.
Софья взрослела. Она очень подружилась с Зиночкой. Трогательно заботилась о подруге и о чудесном малыше Ашотике, к которому очень привязалась.
Всем известно, что счастье – это отсутствие бед. Но, к сожалению, жизнь совсем без бед не бывает. В тридцать шестом году, когда Ашотику исполнилось шесть лет, Зиночка-Зумрут умерла.
Эта трагедия тяжело отозвалась на всех. Макар был убит горем и растерян. Он совсем не знал, как ему жить дальше без Зумрут. Его тётушка, искренне любившая её, тоже сникла и вскоре совсем слегла.
Елена Никитична и Софья, к этому времени работавшая учительницей младших классов в школе, всю заботу о друзьях возложили на себя. Софья видела, как Макар страдает из-за потери любимой. Ей всегда нравился характер и воспитание Макара. Но сейчас она прониклась к нему ещё большим уважением. Ей нравилось, что он не смакует свои чувства из-за произошедшей трагедии, вовлекая в водоворот собственных страданий всех окружающих, как это делают многие. Он не стал пить, заглушая алкоголем душевную боль. Но ещё хуже, когда так терзают своё сердце, что заболевают или уходят вслед за любимыми, оставляя на произвол судьбы маленьких, не приспособленных к жизни без них детей. Макар страдал.
Однажды София стала свидетелем разговора между Тамарой Эдуардовной и Макаром. Она, видя его душевные муки, утешала его, на что он ответил:
– Если бы были всесильными…. Я бы вернул Зумрут. Это несправедливо, что она навсегда нас покинула. Но, к сожалению, мы не всесильны, и дорога нашей жизни продолжается. И чем быстрее получится снова мне встать на ноги, тем лучше для Ашота. Да и для нас всех.
Прошло два года после смерти Зиночки. Софья поняла, что полюбила Макара. Но её мучали сомнения.
– Макар взрослый мужчина, старше меня на семнадцать лет. Что я могу ему дать двадцатилетняя девчонка. Разве он сможет полюбить меня? Если только из-за Ашота. А Ашотик очень привязался ко мне. Немудрено, он уже большой смышлёный мальчик, многое понимает. Иногда называет меня мамой и при этом смотрит на Макара, который делает вид, что не замечает им сказанного. Даже если бы Макар предложил мне выйти за него замуж ради Ашота, я бы, не думая, согласилась.
Вскоре Софью настиг ещё один удар. Неожиданно умерла Елена Никитична. Это несчастье, словно опустошило Софью. Тамару Эдуардовну после этого события тоже было не узнать. Она совсем перестала ходить. Чувствуя свой скорый уход, она очень переживала за близких ей людей. Она видела смущение Софии, когда появлялся Макар. Была уверена, что Софья влюблена.
Понимала и задумчивость Макара, которому Софья была симпатична, но его сердце всё ещё принадлежало Зумрут. И всё же наедине с ним она пыталась подтолкнуть его к решительным действиям.
– Макар, я хочу, чтобы ты понял: прошлое нельзя забыть, но нельзя и изменить. Мы не подвластны ни будущему, ни прошлому. Надо жить настоящим. Подумай, что может произойти с тобой, с твоей семьёй и, всё взвесив, прими правильное решение.
– Вы правы, тётушка. Я даже боюсь подумать, что может произойти со всеми нами. Всё может случиться.
– Ты о чём беспокоишься? – спросила его Тамара Эдуардовна.
– На днях арестовали нашего соседа. Профессора. И на службе каждый день кого-то арестовывают. Мой начальник предложил мне переехать в небольшой посёлок Катово на строительство комбината.
– На повышение?
– На освобождение нашей квартиры, – тихо произнёс Макар, – мне кажется, он хочет заселить сюда каких-то своих людей. И я думаю, что если я поступлю по-другому…
– Соглашайся.
– А как же вы? Вы не вынесете переезда. И ещё не известно, что нас ждёт там, – Макар переживал за состояние родного человека, – и София? Её нельзя оставлять здесь одну.
– Соглашайся. Поедем все. Я выдержу, – настаивала тётушка, – квартира не стоит ваших жизней. Подлый человек на всё пойдёт ради достижения своей низменной цели.
– Может, он передумает? Нельзя же так с людьми поступать.
– Ты хочешь попасть туда, где пропал мой муж, отец Софочки? У тебя сын. И о Софье надо подумать. Ты прав, её нельзя оставлять одну. Вот после Нового года и поедем. А если оставить всё как есть, ты должен понять, что всё равно они сделают так, как им нужно. Подумай хорошенько.
Когда следующим утром к ней зашла София, Тамара Эдуардовна усадила её возле себя.
– Софочка, девочка, – послушай меня внимательно и постарайся меня правильно понять. Я скоро оставлю вас. Молчи! Не перебивай меня. Я там одна не буду. Я уйду к своим любимым людям: Зиночке, своему дорогому мужу. Но мне очень хочется, чтобы здесь, рядом с тобой был надёжный мужчина, которому можно доверять. Я вижу, ты сомневаешься, чего-то боишься, хотя я уверена, что ты любишь Макара. Любовь, это не грех. Не бойся своих чувств. Ты пойми, любой женщине необходимо чувствовать, что её не только любят, уважают, но и всегда смогут защитить. Огородить от беды. Лучше защитника, чем Макар, я думаю, сложно встретить.
И не переживай, что он иногда не может выразить словами свои чувства. Даже если он молчит, это не значит, что он не говорит тебе о главном. Его душа расскажет больше, чем слова. А поступки оградят от надвигающейся беды. Ты понимаешь меня?
Тамара Эдуардовна умерла через несколько дней, не дождавшись Нового тысяча девятьсот тридцать девятого года. Софья поняла, что хотела сказать ей тётушка Макара. И когда он после похорон предложил ей выйти за него замуж и уехать с ним в маленький, совсем не похожий на Ленинград посёлок, она, не задумываясь, согласилась.