— Некоторые из них кричали "ура", — заметил Равель Тиаго и Джерту.
Воины улыбнулись, одобрительно кивнули, и начали спускаться с уступа.
Среди пленников «фокус» был довольно прост: любой, указавший на кого-то из числа приветствовавших Тутугника, был силком завербован на службу. Тех, на кого указали, как на верноподданных Тутугника, оттащили в сторону, и замучили до смерти у всех на виду.
— Меня изобьют или убьют? — спросил Равель, когда откликнулся на призыв сестры посетить большую пещеру, которую она присвоила.
Многочисленные рабы гоблины Береллип уже покорно выскребли резиденцию, очистив её от мусора и нечистот багбиров. Жрица дроу не путешествовала налегке — при ней было большое стадо ящеров, всецело предназначенное для её удобств. Несмотря на то, что экспедиция могла оставаться в пещерах только пару дней, пока разведчики обследовали район для определения их точного местоположения и нанесения на карту наиболее подходящих путей к этой пользующейся спросом родине дварфов, хорошо обученные гоблины Береллип превратили пещеру в залу, подобающую знати Дома. Гобелены покрывали почти все стены, а плюшевые подушки и одеяла украшали каждый камень или выступ, который мог бы служить кроватью или креслом.
Сарибель развалилась на одном из таких камней далеко в стороне от сестры, но довольно внимательно наблюдая за Равелем. За исключением трёх Ксорларринов и горстки неприметных рабов гоблинов, пещера была пуста.
— Ты спрашиваешь так беспечно, словно любое из двух не является определённой возможностью, или вполне законным, даже надлежащим, — ответила Береллип.
— Потому что я хотел бы знать, какой путь ты изберёшь, — надавил Равель. — Если первое… — он пожал плечами. — Но если последнее, тогда, я полагаю, было бы разумно защищаться.
— Ты упускаешь третью возможность, — отрезала Береллип внезапно ставшим ледяным голосом, — присоединиться к Йеррининэ.
Равель рассмеялся, но даже если он и был совершенно уверен, что Береллип просто издевается над ним, мысль стать драуком была, на самом деле, слишком ужасна для любого искреннего легкомыслия.
— Или четвёртую, — сказал он вдруг.
Береллип с любопытством посмотрела на него, затем переглянулась с сестрой, которая покачала головой и пожала плечами, явно в недоумении.
— Ну, говори же.
— Вы могли бы признать, что все мои действия, даже те, которые кажутся неуважительными относительно вашего превосходящего положения…
— Кажутся?
— Они были неуважительными, я признаю, — согласился Равель и поклонился низко и медленно, излишне подчёркивая движения. — Но они были сделаны без намерения проявить непочтительность, а во благо Дома Ксорларрин.
— Садись, — приказала Береллип, и Равель направился к ближайшему каменному креслу, снабжённому подушкой.
— На пол, — уточнила она.
Равель посмотрел на неё с изумлением, но почти сразу стёр с лица это выражение и плюхнулся на пол так быстро, как только смог.
— Во благо Дома Ксорларрин? — переспросила жрица.
Равель глубоко вздохнул и поднял руку, чтобы постучать по голове сбоку, стараясь сформулировать объяснение точно и тщательно. Но Береллип опередила его.
— Во благо Тиаго Бэнра, ты имеешь в виду, — заметила она.
Равелю пришлось сделать ещё один глубокий вздох, и остроумно напомнить себе, что сестры были жрицами Ллос, и, несомненно, любили её больше, чем заботились о нём. Они посещали Арак— Тинилит, величайшую из академий Мензоберранзана, и Береллип преуспевала в этой жестокой среде. Равелю следовало быть осторожным в отношениях с этой парочкой. Он вообразил себя умнее почти любого дроу, за исключением, может быть, Громфа Бэнра, но в такой момент он понял, что высокомерие является больше вопросом определённого отношения, чем истинной веры.
— Если для Тиаго Бэнра, то, безусловно, и для Дома Ксорларрин, — заверил он. — Он может оказаться полезным для нас.
— Поэтому я буду спать с ним этой ночью, — ответила Береллип.
— А я завтра, — быстро добавила Сарибель.
Равель перевёл взгляд с одной сестры на другую, и не был удивлен.
— Тиаго интригует с нашим Домом.
— Он выскочка мужчина, которому не нравится его место в жизни, — объяснила Береллип.
— И, таким образом, его интересует Дом Ксорларрин, — заявил Равель. — Который больше, чем любой другой Дом, ожидает успехов от своих мужчин, и с почтением воздаёт должное за такие достижения.
— Это является преимуществом Дома Ксорларрин во всём Мензоберранзане, — согласилась Береллип. — Только у Ксорларринов мужчинам предоставляется кое— Какая надлежащая мера почтительного отношения.