Дриззт снял свою сумку и первым делом помчался к раненой женщине. Он наложил несколько повязок и припарку из смеси толченых трав, и быстро остановил кровь. Сделав это, он повернулся к своим товарищам, оба смотрели на него с недоверием.
— Займитесь остальными! — выругался он.
— Они напали на нас, — напомнила Далия.
— …Это существо напало на нас с их помощью, — парировал Дриззт. — Займитесь ими!
Далия скептически взглянула на Энтрери, и дроу с ужасом обнаружил, что Далия еще более упрямая и менее милосердная, чем убийца.
— Либо мы им поможем, либо мы… либо я останусь с ними, — предупредил Дриззт, ставя их в безвыходное положение.
Он бросил свою сумку Энтрери.
Вскоре шесть человек начали продвигаться по туннелям, двое легкораненых, мужчина и женщина, полунесли, полуволокли свою подругу на самодельных носилках, которые Дриззт соорудил из плаща и костей рыбообразного существа, поработившего их. Они были жителями Невервинтера, во всяком случае, когда-то.
— Я выросла за пределами Лускана, — женщина, Женевьева, по пути объясняла Дриззту. — Моя семья занималась там сельским хозяйством.
Она продолжала описывать падение той области, но Дриззт уже хорошо знал эту печальную историю.
— Ты знала семью Стайлес? — спросил он.
— Да, имя кажется знакомым, — ответила Женевьева. — Но это было давным-давно. Я здесь уже много лет. Еще до крушения.
— Но ты выжила, — сказал Дриззт и посмотрел на Энтрери, убийца казался заинтересованным.
— Мы все выжили, — ответил человек с другой стороны носилок. — Из-за этой твари.
— Да, мы были здесь долгие годы, — добавила Женевьева. Она вздрагивала и казалась довольно удручённой, когда пыталась во всем разобраться. — После крушения мы пару раз поднимались. Чтобы следить, я полагаю, хотя едва это помню.
— Похоже, ты была прекрасным лазутчиком, — язвительно заметил Энтрери.
— Рыбообразное существо видело нашими глазами, — пояснила она. — Ох, оно могло это делать. Оно могло делать почти что угодно.
— Убило великую змею и без труда управляло ее выводком, — добавил мужчина.
— Они были детенышами, — заметил Дриззт, и содрогнулся от мысли, что коллектор Невервинтера мог бы вскоре стать жилищем разрастающегося сообщества гигантских удавов!
Он оставил этих троих и направился к своим товарищам впереди.
Дриззт хотел по пути поговорить с Энтрери, помочь ему распознавать такие вторжения, извлечь уроки из власти аболета, чтобы он мог использовать эти знания для противостояния своему старому мечу. Но дроу обнаружил, что не может поговорить с человеком прямо сейчас, как и с Далией, и быстро отступил к троим раненым, помогая им, где только мог, а Энтрери и Далия шли впереди, убийца снова взял половину посоха Далии для защиты от любых нежелательных вторжений. Они больше не нуждались в свете Мерцающего, поскольку снаружи встало солнце, и его лучи проникали сквозь трещины и стыки решетки, что обеспечивало достаточно света для этих двоих, с их способностью видеть и ориентироваться при слабом освещении.
Они болтали по дороге, а Дриззт мог уловить лишь обрывки их беседы, которые разочаровали его еще больше. Уже через несколько завихрений и поворотов в коллекторе даже эти части беседы были для него потеряны, потонув в звуках текущей воды, поскольку они шли параллельно реке и близко к ней.
Тем не менее, он наблюдал за ними, внезапно почувствовав себя очень далеким от них.
Почувствовав себя совершенно потерянным.
— Скоро, — шепнул Энтрери идущей впереди Далии.
Эльфийка посмотрела на него с любопытством, не совсем понимая. Имел ли он в виду, что они скоро выйдут из коллекторов? Возможно, но она подозревала нечто большее, особенно учитывая странное смешивание личных тайн.
Энтрери кивнул, и в этом простом жесте было намного больше смысла, чем в слове, которое он произнес.
"Скоро" — сказал он, подразумевая, что Далия "скоро" примет верное решение.
"Скоро" — сказал он, как бы указывая, что "скоро" она обретет покой.
"Скоро". Далия поняла, что он намекал на разрешение ее самой большой трагедии и самый важный момент…
Воительница отвела взгляд, не желая показывать влагу в своих голубых глазах, не желая, чтобы этот незнакомец, этот бывший, а возможно и нет, враг снова заглянул в ее душу.
Или это просто стыд?