Тифлинг вернулся в оборонительную позу, почти не пострадав от ударов, не признавая их своими исключительными мускулами и плотью.
Однако Далии рядом не было. Его удар отбросил её назад на несколько длинных шагов, где она сидела на земле, явно ошеломлённая и испытывающая боль.
— Думаешь, я убью тебя? — издевался он, подкрадываясь. — Совсем скоро ты будешь молить о таком исходе, красотка. О, конечно, я сделаю тебе больно! А потом я привяжу тебя на долгие годы и наполню своим семенем и вырву из твоего лона своё потомство!
— Борись! — заклинал Дриззт Энтрери, но вряд ли говорил это вслух, так как извивался, и изворачивался, и отступал в сторону, уклоняясь от сверкающих лезвий убийцы.
Ему удалось бросить взгляд назад вдоль моста, чтобы увидеть серый туман начинавшей обретать форму Гвенвивар. Если бы он только мог продержаться несколько секунд, Гвен освободила бы его от обезумевшего Энтрери.
И вовсе не слишком скоро, понял он, бросив взгляд вперед, как раз вовремя, чтобы увидеть Далию, летящую назад на камни, и громадную фигуру, крадущуюся к ней.
— Гвен! — закричал Дриззт.
Он почувствовал, как кровь потекла из горящего плеча, но упрямо сжал левую руку и поборол боль. Ледяная Смерть направилась вниз, снимая удар Энтрери снизу, затем снова вверх, быстро и по горизонтали, вынуждая наступающего, может даже намеревающегося бросить кинжал Дриззту в лицо, убийцу прекратить движение его умелого оружия вверх.
Рычание на конце моста принесло Дриззту мало надежды, потому что в голосе огромной пантеры он отчетливо услышал боль. Он совершил обход в сторону, заняв положение между Энтрери и Далией, оглядываясь на путь, которым они пришли, оглядываясь на Гвенвивар.
Пантера крутилась и яростно кусалась, поскольку воздух вокруг неё наполнили тёмные стрелы. Струйки дыма всё ещё тянулись от её чёрного тела, несмотря на то, что серый туман окончательно сгустился, и теперь она была полностью материальна.
Те ужасные стрелы обжигали её, понял Дриззт, и проследил за ними до источника: кривого и уродливого тифлинга в пурпурно-чёрной мантии, встряхивающего палочкой в её сторону. Он вмешался, как только пантера стала материальной, атаковав её прежде, чем она восприняла окружение, отвлекая и причиняя сильную боль.
Когда Гвенвивар попыталась пойти на зов Дриззта, колдун-тифлинг заполнил пространство перед ней чёрным шипящим облаком, и пантера взвизгнула и зарычала.
— Убей своего мучителя! — приказал пантере Дриззт.
Он не мог полагаться на Гвен. Не сейчас.
Дроу отбил в сторону ещё один удар, и, скользнув одной ногой влево, начал обход. Он должен был вернуться к своему выпавшему скимитару, должен был отречься от боли и крови, и бороться против Артемиса Энтрери обеими руками. Другого пути не было.
Он кидался из стороны в сторону, используя свою скорость, чтобы удержать убийцу от любой прямой атаки. Ледяная Смерть вращалась перед ним плотным кругом, лезвие звенело, набирая инерцию, но этой инерции никогда не было слишком много, чтобы помешать Дриззту внезапно прервать вращение и сделать выпад вперед или в любую сторону, как он часто делал.
Теперь он снова повернулся к Далии лицом, и, к его облегчению, она снова была на ногах, вращая цепами. Эльфийка подпрыгнула и сделала сальто вбок, легко приземлившись и сразу атаковав громадную фигуру.
Но она отступила, как только огромный меч с красным лезвием замахнулся парировать.
Дриззт втянул в себя воздух, и, потеряв концентрацию, получил укол в предплечье.
Это Артемис Энтрери был с ним лицом к лицу, и человек не потерял ничего из своего мастерства за десятилетия, прошедшие с их последнего сражения! Дриззт велел себе сосредоточиться, неоднократно напоминая, что Далии от него не будет никакой пользы, если он не сможет сначала победить здесь.
Он сдвигал Энтрери по направлению к правому поручню широкого моста, прочь от упавшего скимитара.
— Сопротивляйся, — умолял он убийцу между отражениями атак. — Алегни убьёт Далию. Сопротивляйся зову Когтя.
В ответ Энтрери стиснул зубы и издал вопль боли. Костяшки его пальцев побелели, когда он сжал оружие и отступил на шаг.
— Борись! — заклинал его Дриззт, потому что Энтрери казался запертым какой-то внутренней борьбой, какими-то великими муками.
В этот момент Дриззт мог прыгнуть и сразить его, в этот момент убийца не мог защищаться. Шаг вперёд, один единственный удар, и Дриззт мог бы прийти на помощь Далии.
Она сосредоточилась на последних минутах жизни своей матери. Это жуткое видение проносилось в сознании Далии снова и снова, параллельно всем другим болезненным воспоминаниям.