– В чем дело?
Я вздохнул, собираясь с силами.
– Слишком давно не общался с живыми существами.
– А как же насчет меня? – тихо и серьезно спросил Ай-ла, но времени отвечать ему уже не было. С мягким шипением открылся шлюз во внутренний отсек и на палубу «Сенокосца» ступили они – Гости.
Их было трое. Капитан с фасеточными глазами и зеленоватой кожей в хитиновых точках, коренастый помощник капитана с мембранами для полетов между лап, и высоченный толстый столб бурого цвета.
– Щк-щк-скр-р-р, – прощелкал Капитан своим насекомьим ртом, а имплант в моей голове тут же перевел: «Вот, значит, как выглядит хозяин горы мусора». Помощник весело хихикнул на это замечание, и даже Столб в знак согласия зашелестел спрятанными листьями. Я неловко улыбнулся, с надеждой оглядывая гостей. Сквозь них уже виднелась свобода, шанс на побег с проклятого корабля!
– Где ты дел его? – произнес помощник и бесцеремонно отодвинул меня в сторону второй парой рук. Я забыл все, что хотел сказать, и просто стоял, бессмысленно моргая. Столб протиснулся мимо и пополз по коридору, остальные обступили меня.
– Камень, который ты выловил. Где он? – уточнил Капитан.
– Что? – растерянно сказал (или подумал?) я и бросил взгляд в сторону грузового отсека. Сегодня я ловил куски металла, но не рассматривал их. Может, там было что-то важное?
– Обыщите все, – распорядился Капитан, хотя его подчиненные уже были этим заняты. С деловым видом, словно дети, играющие во взрослых, они разбрелись по кораблю, оставив мне роль наблюдателя.
– Не обижайся на них, – прошептал Ай-ла. Я краем глаза успел уловить движение мелких частиц, похожих на пыль или каменную крошку, а затем ощутил касание. Ребенок схватил меня за локоть и спрятался за спину. – Они тоже долго ни с кем не общались.
«Сенокосец» флегматично парил в вакууме, занимаясь своим бесконечным бездельем, пока чужаки внимательно осматривали его изнутри. Вооружившись чем-то наподобие спектрометра, они прочесывали помещение за помещением, буквально выворачивая вещи наизнанку. В грузовом отсеке хитрый прибор Капитана ничего не показал, и он, расстроившись, переключился на меня. Я за всей суетой наблюдал через наручные часы, сидя в кресле, пока Ай-ла прятался под панелью. Прятался он не очень хорошо, вертелся со скуки, дергал меня за ногу, заставлял маскировать смех от щекотки кашлем.
– Мне нужен высший доступ к бортовому компьютеру, – угрюмо прощелкал Капитан, и его маленькие атрофированные крылья нетерпеливо задрожали.
– Всего-то? Да я что угодно сделаю, только бы вы меня забрали отсюда, – пожал плечами я, но вслух этого, кажется, не произнес, только вывел в командной строке надпись: «Компьютер, радуйся! У тебя теперь новый хозяин – вот этот насекомый хмырь».
«Хорошо». – ответил мне компьютер и завис. На запрос о сканировании он, разумеется, не отозвался, только отложил в очередь на обработку. У него были дела и поважней, ведь никто за него не мог так скрипеть и натужно вращать электронными мозгами.
– Я сказал тебе передать управление над ИИ! – раздраженно зашипел Капитан, и я готов был поклясться, что до этой вспышки его жвала не выглядели такими угрожающе острыми. Но ни он, ни его четырехрукий товарищ сделать ничего не успели. Мелкие частицы вихрем взметнулись вверх, скрутились в воронку, притянулись и слились друг с другом, образовывая знакомую фигуру.
– Он уже давно под твоим контролем, идиот! – с поразительно недетской интонацией отчеканил Ай-ла. Он был сформирован не полностью, запоздавшие крошки все еще достраивали его тело, примыкая к острым краям того, что должно было стать мягкой плотью.
«Сканирование завершено, – завибрировали часы. – Обнаружено 5 (пять) живых объектов. 1 (один) орнитоид из системы Плавящегося солнца, с четвертого спутника Илен-кир. Распознан как член экипажа №41. Имя: Ной-ти. 4 (четыре) кремниевые формы жизни из №%*#3!!*…10 (десять) живых объектов…2 (два) орнитоида…»
Я встряхнул рукой, чтобы привести в чувство ущербный девайс. Правда встряска подействовала не только на него, но и на удивленных гостей. Первым опомнился Столб, решивший довести алгоритм захвата корабля до конца.
– Компьютер, говори! – зашелестел он.
«Ожидание команды» – жутким потусторонним голосом провыл севший динамик. Я вдруг вспомнил, почему не разрешал ему разговаривать, и, видимо, остальные пришли к тому же мнению.