Когда установившуюся было тишину разорвал мерный стук в дверь, Лера уже проваливалась в долгожданный сон. Чертыхнувшись под нос, она шаркающим шагом побрела на звук, готовясь прогнать незваного гостя. Кем бы ни был этот наглец, путь в комнату ему явно не светил.
— Кто там? — недовольно поинтересовалась Афанасьева, останавливаясь у порога. — Миш, ты?
Вопросы так и остались неотвеченными. Решив, что звук ей просто померещился в полудрёме, Лера направилась к кровати. Но в дверь снова постучали.
— Да что за фигня!
Старая ручка жалобно скрипнула под натиском справедливого гнева. Афанасьева вылетела в коридор, готовясь наподдать нахалу, явно испытывающему её терпение, однако за дверью, как ни странно, никого не оказалось.
— Это что, прикол какой-то?
Шутников на их этаже водилось немало. Правда, до Лериной комнаты они никогда не добирались, довольствуясь пранками друг над другом. Так какого лешего именно сегодня объектом их проказ была выбрана её скромная персона?
Афанасьева уже собиралась вернуться внутрь, когда нога коснулась валявшегося у порога предмета. Прислонённая к стене коробка, выделявшаяся в полумраке коридора ярко-красной лентой, явно предназначалась ей. Легко тряхнув странную посылку, Лера с удивлением расслышала среди шелеста крафтовой упаковки слабый звон. Уже в комнате, плюхнувшись за небольшой обеденный стол, она осторожно потянула за концы ленты и попыталась открыть коробку. А когда крышка, наконец, поддалась неровно остриженным ногтям, затаила дыхание. Содержимое её совсем не порадовало.
На дне коробки покоилась тряпичная кукла, подозрительно напоминавшая саму Афанасьеву, с обвязанным вокруг шеи красным шерстяным шнурком. Висевшие на шнурке маленькие колокольчики легко звякали при прикосновении, разбавляя наполнившее комнату напряжённое молчание. От столь необычного подарка по спине Леры пробежала толпа мурашек.
Рядом с куклой лежала маленькая записка, на которой значилось всего два слова: «Хорошенько повеселись!» Преисполнившись суеверным страхом, Лера отшвырнула от себя коробку и испуганно сжалась. Какой сумасшедший мог подкинуть такое под дверь её комнаты? Кукла, при падении вывалившаяся из своего картонного хранилища, теперь смотрела на неё пустыми глазами-пуговками.
Если быть откровенной, Афанасьева вела слишком скучную жизнь, чтобы обзавестись врагами. И едва ли ближайшим соседям – иногородним студентам и семейной паре – пришла бы в голову идея подкинуть ей своеобразную куклу-вуду. Так кто же это сделал? И зачем?
Решив как можно скорее избавиться от странного подарка, Лера потянулась к коробке. Но едва её рука коснулась картона, как Боня, с грацией хищника выхватив куклу из-под пальцев хозяйки, в два прыжка оказался возле открытого окна.
— Стоять!
Но хвостатого уже и след простыл. Бодро шагая по соседнему карнизу, Бонифаций едва ли задумывался над подстерегающей его опасной высотой. А вот Лере перспектива пушистой тушки на свежевскопанной земле совсем не понравилась. В ход пошли самые разнообразные уловки.
— Боня, Бонечка! Вернись, любимый, я тебе вкусняшку куплю! Завтра же куплю, дорогой! Только вернись, пожалуйста!
Кот же, лениво махнув хвостом, элегантно уселся на прогретый на весеннем солнышке металл и положил куклу рядом с собой. Лера взвыла от отчаяния.
— Кошкин ты сын, вернись сейчас же! Или предлагаешь самой за тобой лезть?
Дурная мысль озарила голову не менее дурной идеей. Взобравшись с ногами на заскрипевший под новым весом подоконник, Афанасьева осторожно высунулась из окна. Боязнь высоты, преследовавшая её ещё с детства, тут же ударила в голову, ускоряя пульс. На улице, как назло, не было ни души. Даже редкие прохожие, в будние дни болтавшиеся по округе с шелестящими пакетами из «Пятёрки», сегодня словно спрятались по домам. А ведь день так хорошо начинался!
— Ну же, милый! Мамочка хочет, чтобы её котик вернулся домой. Давай, Бонечка, идём на ручки!
Смерив хозяйку равнодушным взглядом, Бонифаций блаженно зажмурился на солнце. Лера раздражённо вздохнула. И, перекрестившись, наверное, впервые за все свои скромные двадцать с копейками лет, окончательно вытащила тело на улицу. Прохладный ветерок скользнул по оголившейся пояснице, возвращая рассудок. Какого чёрта она вообще делает? Боня и раньше грешил подобными вылазками, но всегда возвращался обратно. Почему же сейчас на душе так неспокойно?