Движемся ли мы слишком быстро? Сожалеет ли он о прошлой ночи? Или я слишком остро реагирую? Потирая локти, в тоже время в моей голове вспышками пронеслись воспоминания о его губах напротив моих, то как его сердце громыхало и эхом отражало мое собственное и напряжение между нами. Я никогда не чувствовала такое к кому-то еще.
Чтобы не случилось это было настоящее, я думала, стараясь подавить тревогу. Правильно?
Сделав глубокий вздох, я сказала себе быть терпеливой и развернулась. Максвелл стоял там, и я боролась с тем, чтобы выражение отвращения не проскользнуло на моем лице.
— Да, Максвелл? — Спросила я жестко.
— Это довольно жалкое зрелище то, как ты мечтаешь об этом пожарном, — сказал он тихим голосом.
Я отпрянула, моя челюсть упала.
— Что?
Максвелл шагнул ближе, жестокая улыбка искривила его рот.
— Твое маленькое увлечение Беном. Это очевидно, Хейзел. И, безусловно, одностороннее. Почему ты тратишь свое время?
— Не лезь не в свое дело, — я вышла из себя, не уверенная в том, как реагировать на это и что говорить.
— Серьезно, Хейзел, ты слишком хороша для него. — Глаза Максвелла пробежались вниз по моему телу.
Вот урод, подумала я гневно. Пробегая мимо него, я решила не отвечать.
Затем он сказал:
— Хэй, поскольку он не закончил дело, уверяю тебя, что я могу завершить.
Грубо. Раздраженно, я уставилась на него.
— Заткнись, Деркс. Сейчас же. Потому что, если ты заговоришь о Бене так еще раз, или будешь приставать ко мне вообще, я доложу о тебе Витси и в твой университет.
Протопав, я схватила свои вещи и пошла в хижину. Я приняла душ, приготовила ужин и вышла на улицу, села на качели и смотрела на закат, затем опустились сумерки.
Становилось поздно и холоднее с каждой минутой, но я упрямо оставалась на месте. Обхватив руками колени, я угрюмо смотрела на звезды.
Растущая луна, осветила лес и я начала дрожать.
Еще понадобиться пару дней, чтобы она стала полной, подумала я смутно. Моя нижняя губа затряслась, и я задрожала сильнее. Он не вернется, правда ведь?
— Хейзел? — Голос Бена позвал меня через поляну и я встала. Я не могла видеть его, но затем он появился, направляясь прямо ко мне. — Какого чёрта ты делаешь? Ты уже почти синяя. Иди внутрь.
Я подумала о том, как он смог заметить меня в тусклом свете, но затем меня потянули внутрь, моя рука была в его руке и я улыбнулась.
— Где ты был? — Спросила я, когда мы вошли внутрь.
— Нужно было выполнить поручение тёти Сил, — ответил он, уронив мою руку и отойдя к огню. Я отметила, что на нем была другая одежда, нежели вчера. Джинсы, футболка с длинным рукавом и зимняя шапка. Когда он стянул её, его волосы торчали в разные стороны и я постаралась не рассмеяться. — Ты голодна?
— Немного, — я сказала ему, потирая руки, он смотрел на меня.
Со вздохом, он подошел к камину и две секунды спустя огонь ревел за решеткой. Опираясь руками о камин, он глядя вниз на него, спросил:
— Что ты делала снаружи?
— Я ждала, — ответила я и когда он посмотрел на меня, добавила: — тебя. — Бен опустил голову и прошептал что-то. — Что? — Спросила я, медленно приближаясь к нему.
Сегодня он был каким-то далеким, уставшим, похожим на Кри. Я гадала, что случилось и желала заставить Бена рассказать мне.
— Я не думал вчера, Хейзел, — сказал Бен, его челюсть была напряжена, а сам он смотрел вниз. Воздух незамедлительно покинул мое тело. — Ты многого не знаешь обо мне и не мне не стоило... Извини.
— Не извиняйся, — сказала я, мое горло болезненно сжалось, когда страх, который я старалась отогнать весь день, восстал, пытаясь задушить меня. — Бен, прошлая ночь была... Я не хотела, чтобы она заканчивалась, — сказала я, и прозвучало это смелее, чем я себя чувствовала.
Глаза Бена встретились с моими, полные удивления, когда он смотрел на меня.
— Не говори это. — Он вздохнул. — Я едва могу ясно мыслить рядом с тобой. Ты как криптонит для меня.
Я издала смешок.
— Да неужели?
— Ты даже не представляешь, — он прошептал, затем сглотнул и заскрежетал зубами. — Хейзел, постарайся понять, не важно, как сильно я хочу этого, я не могу быть с тобой.
Чувство будто мне выстрелили в сердце, разбив его на кусочки, ударило меня, а за этим последовал холод, жуткое, своего рода онемение.
— Почему? — В конце концов, произнесла я, задыхаясь. — У нас же есть связь. Ты не чувствуешь её?
Лицо Бена искривила агония.
— Чувствую. Ты даже не представляешь как.
— Думаю, я знаю, — я вышла из себя, поскольку сломанные кусочки моего сердца разожгли ярость во мне.
— У меня сложная жизнь, Хейзел. Нет места для... — Он запнулся. — Для того, чего я хочу. Ты не сможешь с этим справится.
Мое сердце скрутило удовольствие и боль от его слов.
— Почему нет? Что ты не рассказываешь мне?
Бен отвел взгляд. — Ты будешь в опасности.
Страх и надежда столкнулись внутри меня, как гроза.
— Мне все равно, — ответила я.
Он вновь посмотрел на меня, его кулаки сжались. — Но мне не все равно.
— Мы сделаем это возможным, — заявила я, отказываясь сдаваться.
Бен рассмеялся, уронив голову на свои руки.
— Ты даже не знаешь, что это влечет за собой.
— Тогда расскажи мне, — я потребовала. — Пожалуйста. — Но Бен просто поднял голову и покачал ею. — Это несправедливо, ты не можешь так поступить со мной. Ты разбиваешь мне сердце, — я задыхалась.
— Я не хочу ранить тебя, — сказал Бен, выглядя отчаянным: — но, так нужно.
— Это потому что я не смогла помочь тебе пять лет назад? — Вырвалось у меня, я озвучила один из моих страхов, тот, что присутствовал все эти годы. — Это потому что ты не можешь забыть какой бесполезной я была? Я буду просто помехой, да? — Слезы наполнили мои глаза, и я опустила взгляд. — Я хотела помочь, знаешь. Я ненавидела чувствовать свою беспомощность. Я надеялась, что если я еще раз тебя встречу, возможно я смогу исправить это.
Мужчина напротив меня ничего не ответил, но я чувствовала, как все его тело оцепенело, тишина возникла между нами. Закусив сильнее губу, мой подбородок дрожал и мрачные мысли проносились в моей голове. Вот так это все закончится? Мы отыскали путь друг к другу и ты оттолкнешь меня? Даже хоть я хочу, нет, чёрт, нуждаюсь в тебе, Бен? Ты чувствуешь себя также? Мне суждено быть вместе с тобой.
Часть меня желала, чтобы я озвучила эти мысли, но я использовала каждую последнюю каплю силы воли, чтобы удержать себя от того чтобы не развалится на кусочки прямо сейчас. Почему ты не видишь этого? Почему ты делаешь это?
Глава 10
Я был уверен, что вселенная только что взорвалась потому, что я не мог пошевелиться.
Что-то невыносимо тёплое и приносящее удовольствие накрыло меня после слов Хейзел. И сейчас всё, что я сейчас мог делать — это изумлённо смотреть на неё, как дурак, находясь в шоке, и наблюдать за тем, как она уставилась в пол после своих слов, тех, что проносились у меня в голове.
Она думала обо мне? Волновалась? Ее так сильно беспокоило то, что она не смогла ответить на мой спешный, полу-сформулированный вопрос тогда? Она переживала о том, что случилось со мной?
Я предполагал, что она будет помнить нашу встречу, но никогда и не мечтал, что она будет заботиться о каком-то придурке, который заскочил в офис её босса, взял с неё обещание хранить секрет, а затем снял свою футболку. Я только надеялся, что она почувствовала ту же искру.
Но Хейзел была не похожа ни на кого вокруг. Конечно, она переживала. Я знал, что это половина причины, почему она в ту первую ночь болтала со мной, будто я не был самым большим придурком ранее в тот день и вообще, но тогда и там она простила меня. Даже прошлой ночью она не злилась и видела меня насквозь, несмотря на мои действия.