Пока одна часть меня все еще была поражена, все еще старалась осмыслить то, что случилось и что это значит, другая пошла прямиком работать.
От братьев я узнала о Вратах в Мертвые Земли и почему это может оказаться ключом для того, чтобы остановить этих ужасных монстров. Сейчас, рядом со мной была куча набросков. И я знала, что ворчание на затворках моего разума было о связи между пещерой и Мертвыми Землями.
Но у меня не было идей, как это связано. Это было так, как будто ты зашел в комнату взять что-то, а затем забыл, что же тебе было нужно.
Плюс, дедушка Бена сказал мне кое-что перед тем, как я очнулась. Предупреждение, которое продолжает звенеть в моих ушах о моих способностях.
Помни то, что нужно помнить. Ничего более, ничего менее.
Если ты запомнишь все, воспоминания захлестнут твой разум.
Действуй осторожно, маленький шаман.
Несмотря на это, я все еще жаждала эту информацию, желая получить ключ для помощи братьям. Но до сих пор ничего не пришло в мою голову, кроме ворчащего зуда.
Какое же тяжкое бремя было у них на плечах, подумала я вздыхая, затем села на улице с лэптопом, просматривая записи вновь. Но они есть друг у друга. Я немного улыбнулась. И сейчас у них была я.
Внезапно комната накренилась и бумаги выпали из рук. Когда я закрыла глаза, картинка вспыхнула в моей голове, почти слишком быстро, чтобы ее разглядеть.
Стены растянулись в тени, трещина на потолке пропускала лунный свет и длинный луч осветил скалу. Пиктограмма проявилась на темном камне.
Два отпечатка ладоней засияли, а затем почернели.
Затем что-то всколыхнуло землю, рев, что эхом отдавался сквозь расстояние и я бежала в поисках братьев. Что-то горячее было на моем пути.
Следующее, я уставилась на вход в пещеру, что ловко скрывался под кучей корней деревьев…
И внезапно, я оказалась заперта в земле, горячее дыхание на моей шее….
Со вздохом, мои глаза распахнулись и я схватила кусок бумаги трясущими руками, записывая на него все. Я знала, что не видела эту часть пещеры ранее или эту пиктограмму.
Волнение прошло сквозь меня, когда я посмотрела вниз на свои заметки. Хоть даже я не знала, как или даже что это значит – это было тем, что нужно.
Откинув одеяло, я схватила карту и свои заметки и побежала наверх. Я слышала, как тетя Сил грохочет на кухне, делая поздний ланч, но я не могла думать о еде прямо сейчас. На самом деле, мой голод прошел.
Забежав в свою комнату, я схватила сумку, что Рейнер принес мне из хижины и вытащила одежду. Когда стала одеваться, холодный ветер повеял на мою обнаженную кожу и я задрожала.
Бен вероятнее всего открыл окно, подумала я, качая головой. Ранее, на этих выходных, он сказал мне, что нуждается, чтобы окно было открыто круглый год. Тогда, я подумала, что из-за того, что он проводит много времени на улице. Сейчас я знала.
Когда я подошла, чтобы закрыть окно, то внезапно услышала голоса и посмотрела вниз.
Бен, Рейнер и Бёр были под мои окном, судя по всему, напряженно дискутируя. Все они сложили руки, а Бёр при этом еще пинал землю, голос Рейнера был низким, а плечи Бена, казалось, трещали от напряжения.
— Я все еще не понимаю, — сказал Рейнер, с нотками нетерпения в голосе.
— Это мое решение, — ответил Бен категорически, и что-то сжалось у меня в животе.
— Да, я действительно не понимаю этого, — Бёр прорычал. — Не будет ли ей безопасней здесь, со всеми нами? — Вновь мой желудок сжался и я схватилась за подоконник.
— Как? — Бен издал невеселый смешок. — Как мы можем быть в безопасности? Пепельные Ходоки, Бледноглазые? И этот новый кретин, что бегает вокруг и вызывает их? Токсичный огонь, пепел - это все может произойти теперь в любой момент! Нет, это слишком, просить ее.
Мурашки побежали по моему позвоночнику. Бен был больше не похож на себя, он звучал, как охранник, как зацикленная оболочка мужчины трехнедельной давности.
— Она должна быть здесь, Бен, — тихо сказал Райнер. — Ты знаешь это. Почему еще они пошли за ней? К тому же, мы не знаем наверняка, заметь, они могли просто прийти за чем-то в пещере… Они атаковали ее, но это не обязательно должно означать, что она цель.
Я оглянулась на свои записи и карту, мое дыхание стало поверхностным.
Они не могут завладеть этим! Голос внутри меня кричал.
Я почти побежала вниз в тот момент, хотела выбежать, чтобы рассказать им все и настоять, чтобы мы разработали план. Успокоить тяжкие мысли Бена, заставить его улыбнуться и вызвать тепло в нем.
Но затем он ответил, мертвым голосом: — Тем не менее, она не знает ничего из этого. Так что, нам нужно отправить ее отсюда перед тем, как она осознает… Они почти что убили ее прошлой ночью. Хейзел в опасности.
Посмотрев вниз, я увидела, как Рейнера и Бёр обмениваются взглядами. Голова Бена была опущена, он потирал заднюю часть шеи, а его плечи резко упали. В моем сердце появилась пустота.
— Делай то, что нужно, брат, — наконец-то сказал Рейнер со вздохом. — Хотя я и думаю, что это не правильный план действий.
— Я думаю также, — Бёр проворчал.
— Спасибо, — сказал Бен отрешенно. — Я собираюсь найти ее, и втолковать ей немного здравого смысла.
— Как? — спросил Бёр прямиком, когда Бен развернулся. — С помощью очередной идиотской лжи?
Бен колебался мгновение, а затем вошел в дом без ответа.
Ошеломленная, я стояла там еще мгновение. Затем попятилась, схватила карту и записи, и засунула их в карман куртки. Боль прошла сквозь мое тело, а сердце металось в груди.
Часть меня хотела кричать, злиться на Бена за то, что он опять делает это со мной, но другая часть хотела наброситься на него, умолять его изменить решение, и рассказать ему, что я открыла.
Я никогда не была настолько разгневанной и убитой горем одновременно. Даже когда Бен впервые пытался оттолкнуть меня. Сейчас это чувствовалось по другому. Более жестоко, как-то.
Возможно потому, что я все знала.
Более чем это, я знала, что у меня есть роль во всем этом. Но, как и тогда, он решил принять свое собственное решение за меня.
Трясясь от ярости, я вылетела из комнаты. Я могла слышать его голос внизу, так что я пробралась через черный вход и ушла сквозь боковую дверь. Небо стало даже еще более пасмурным, наделяя пейзаж призрачным, заброшенным видом. Повсюду, повисли тени, суровые и длинные.
Торопясь через сад, я надеялась на рывок, но слышала топот ног за собой и повернулась, чтобы увидеть Бена, бегущего ко мне.
Поскользнувшись, он остановился, и посмотрел на меня с настороженным, почти злым выражением лица. — Куда ты собралась, Хейзел?
Вопрос прозвучал бы смешно в других обстоятельствах, но сейчас он скрутил мое сердце. — Я разминаю ноги. — Ответ был коротким. — Что, какие-то проблемы с этим?
Глаза Бена затуманились и он сделал шаг вперед. — Что не так?
Но я отступила назад, качая головой. — Нет, Бен. — Сглотнув, я уставилась на него. — Ты не будешь опять вешать мне лапшу на уши и играть с моим сердцем, как с резиновой игрушкой.
Он смотрел на меня в шоке. — О чем ты говоришь?
— Отослать меня обратно, — я зашипела на него. — Будто я в твоем полном распоряжении. Я не позволю вновь манипулировать и лгать мне. Я люблю тебя, Бен, но нет, это должно происходить не так.
Моментально, я пожалела о своих словах, и дальнейшие слова подвели меня. Я не хотела говорить ему, что чувствую таким способом… будто я бросила их ему в лицо.
Коричневые щеки Бена стали пепельными. — Как ты…? — Медленно, он покачал головой, прошептав: — Нет. Если ты любишь меня, ты поймешь и уедешь.
Судорожный, полный боли смех застрял у меня в горле. — Возможно, это не моя любовь здесь не под вопросом, Бен! Почему ты хочешь отдалиться от меня? Почему ты даже рассматривал этот вариант?