— Полная луна! — Воскликнул я, напряженно. — Конечно, Койот Мун. Это имеет смысл.
— Да, это оно! — Хейзел сказала, ее глаза расширились. — Действительно либо сейчас, либо никогда.
Кивнув, я сказал: — Скажи мне, что я должен сделать.
Встав ровно, Хейзел подошла к стене и протянула руку, ладонь зависла прямо над стеной. Она проинструктировала: — Делай тоже, что я делаю и затем на счет три, мы прижмем руки к стене вместе.
Встав рядом с ней, я нашел ее свободную руку и стиснул.
Хейзел немного выдохнула и сказала: — Один, два... три.
Мы прижали наши руки к стене, и незамедлительно свет выделил белым отпечатки наших ладоней. Сжав ее руку еще сильнее, я оглядывался вокруг в удивлении, когда символы на стене вспыхивали и казалось двигались. Затем Хейзел вздохнула. Взглянув на нее, яркая вспышка белого ударила в глаза.
Моргая, я увидел, что пиктограмма угасала, теряя люминесцентный свет, становясь ничем, кроме белых рисунков, выцветших и старинных.
Но на стене, впереди нас, два отпечатка рук все еще сияли.
Я покачал головой в удивлении, когда повернулся к Хейзел.
Она поднимала кусочек гладкого, белого, драгоценного камня с намеком на сумеречный блеск в его глубинах, и я уставился на него в удивлении. — Это он, — сказала она. — Лунный камень. Ключ.
— Я немного замер. — Почему он пришел к тебе?
Но Хейзел не ответила, немедленно пряча лунный камень в свой карман, он неловко выпирал оттуда. — Давай выбираться отсюда. Я чувствую, что он сохранял это место неповрежденным.
— Я думал ты сказала, что это место священное! — Сказал я ей, когда мы бросились из помещения, все еще держась за руки, Хейзел шла впереди.
Она оглянулась на меня, ее глаза были полны озорного смеха. — Оно такое и есть, но оно также немного старое, Бен.
Она прокладывала путь к выходу в очень быстро, заставляя меня немного сбиваться. Я обдумывал, стоит ли рассказать ей, как проблематично было отыскать ее, но передумал. Теперь я знал больше.
Я всегда верил Хейзел, подумал про себя с иронией, пока мы выбирались наружу. Я как раз собирался сказать, как сильно доверяю ей, когда мои волосы встали дыбом и я напрягся.
— Стоп, — прошептал я, оглядываясь от дереву к дереву.
Сложно сказать, сколько времени было сейчас; небо становилось все более и более пасмурным, не пропуская лучи света, чтобы осветить лес. Он был тихим, лишенным животных. Они сбежали в абсолютном ужасе. Тени не двигались, ветер не колыхал ни одного листочка, но я не мог отогнать чувство, будто за нами кто-то наблюдал и я толкнул Хейзел за спину.
— Это было так любезно с твоей стороны, заполучить это для меня, — прозвучал веселый, мелодичный голос из-за деревьев, а затем тень раскололась, двигаясь к нам. — А сейчас, отдай это мне.
Мужчина, выше, чем Бёр, возможно семь или восемь футов ростом появился перед нами.
Одетый во все черное, в черных брюках и тяжелом, длинном жакете, его кожа была ярко-белой на фоне его одежды. Однако, он был ничем не примечательным, обычный мужчина.
Хотя выражение его лица доказывало обратное. Я заметила, что его глаза были лишены какого-либо цвета, и с одной стороны лица был ожог. Неожиданно он усмехнулся, его зубы были ровными, но почерневшими на концах.
Все в моем теле мгновенно отторгало это существо, вызывая неприязнь, чем бы он ни был. Это было неправильно, противоречило природе, и моя кожа покрылась холодным потом.
— Давай же, не медли, Хейзел. — В его голосе была нотка странного акцента, почти Британского, под лживо-музыкальным тоном. — Если ты только не хочешь вновь повторить историю и умереть в этих лесах, на руках твоего возлюбленного.
Лед побежал по моим венам и я зарычал. — Не подходи, черт возьми.
Когда он стал говорить это, картинки вспыхнули у меня в голове.
Хейзел, ее волосы разбросаны вокруг, ее глаза закрыты, щеки холодные на ощупь... Она лежала на земле в лесу, не двигаясь, не важно, как много раз я звал ее по имени.
Не важно, как сильно я старался исцелить ее.
— Койот, ты в значительном меньшинстве. — Он щелкнул пальцами. Пепельные Ходоки появились, их яркие, красные глаза выглядывали из тени, а за ними вышли Бледноглазые из лесу. Одним из них был Максвелл, его челюсть безвольно висела, а волосы были в беспорядке.
— Кто ты? — Потребовал я ответа, уставившись на него. — Что ты сделал, что Пепельные Ходоки мутировали даже больше, уже не беря во внимание, что ты сделал с этими людям?
Он рассмеялся, как ни странно, это был светлый звук, и по моей коже пошли мурашки. — Я дал им силу.
Когда он сделал шаг вперед, я незамедлительно обернулся и щелкнул челюстью в его направлении. Хлестая хвостом, я удостоверился, что Хейзел была все еще за мной, а затем я задрал голову и завыл.
— Ох, да, Бенжамин, вой сколько тебе влезет. Зови своих братьев на их погибель. Ты, простофиля, не мог победить ранее, что заставляет тебя думать, что ты сможешь сделать это сейчас? — Мужчина покачал головой. Когда он сделал еще один шаг вперед, я увидел, что он немного прихрамывает, и трость блеснула в свете.
Жулик, прошептал голос в моей голове.
Внезапно Хейзел шагнула вперед, встала рядом со мной и выхватила лунный камень. Она подняла его выше и осветила толпу монстров впереди нее. На секунду, сцена казалась такой же, свет стелился над миром вновь и все, что я мог видеть - молодая женщина отгоняющая тьму.
Затем это прошло и я моргнул. Так сделала Хейзел, глядя на камень в недоумении.
Жулик стал смеяться. — Маленькая идиотка. Ты думаешь, что проникнув в несколько воспоминаний о прошлой жизни, ты так просто сможешь восстановить силу, что однажды была у тебя? Койотам потребовалось пять лет, чтобы даже коснуться поверхности своих способностей. Даже если у них было бы сотни лет, они все равно не представляли угрозы.
Стань за мной, Хейзел, я пролаял на нее в своей голове и она кажется получила послание, отступая назад, с белым лицом.
— Мне начинают надоедать эти игры, — сказал Жулик, позволяя своей трости упасть. Незамедлительно его тело скорчилось и исказилось. А в следующий момент, существо, веретенообразное, с мертвенно-белыми глазами и острыми окровавленными зубами стояло напротив меня. Его красноватая кожа пронизана пульсирующими черными венами и от него исходил неприятный запах.
Оно прыгнуло на меня, я присел, а затем встретил его в воздухе.
Мощь существа откинула меня назад на несколько ярдов. Поморщившись, я осторожно кружил вокруг него, я был удивлен его силой и сменил план атаки. Я должен удивить, перехитрить его... Затем оно набросилось, щелкая зубами и у меня едва хватило времени, чтобы избежать их.
Внезапно прозвучал вой и мои братья появились, рыча, пробираясь через лес, но Пепельные Ходоки были там, отвлекая их. Я видел, как черная фигура Вэса прижалась к земле, яркий коричневый мех Кри мелькал среди деревьев, а огромная лохматая, красная фигура Бёра трясла головой. Рейнер кружил вокруг, щелкая челюстью и его золотистый мех мерцал.
Помощи не будет, казалось, говорили глаза существа.
Я разберусь самостоятельно. Она мне не нужна.
Отражая атаку слева, я бросился справа и врезался в бок существа, сбивая его с ног. Оно изогнулось с невероятной скоростью, отправляя меня в полет. Я скользнул по земле и остановился в нескольких ярдах от Хейзел.
Вставая на ноги, я вновь атаковал существо. Но каждый раз он обратно сбивал меня с ног.
Вновь и вновь я старался убрать его, но был загнан в угол. Я никогда не сталкивался с чем-то подобным - наполненным такой злобой, ненавистью и коварством. У его было больше силы, чем у Пепельных Ходоков и куда большая скорость.
В конце концов, он ударил меня настолько сильно, что я вращался и вращался по земле, это выбило воздух из мои легких и когда я остановился, я не смог пошевелиться. Горячая кровь хлынула из ссадин по всему моему телу. Низкое скуление вырвалось у меня, когда я изо всех сил пытался встать на ноги.