– Ладно, не прибедняйся! Твоя Россия и так захватила много чего, что ей никогда не принадлежало! В том числе весь Кавказ и ордынские земли, – напомнил Кока, выпивая без удовольствия свою рюмку.
Лясик вдруг горделиво приосанился.
– Это да! Это мы умеем! Мы на сбор металлолома дружно вышли все из дома! Ты здесь хозяин, а не гость, тащи спокойно каждый гвоздь! Если уж просыпаемся и слезаем с печи, то сметаем всё на своём пути, вроде Ельцина, который умудрился бомбить своё правительство! Это что, какой век у нас, ау?.. Впрочем, всегда так было. Русская триада – это “тоска-воровство-водка”. Совок тужился и пыжился, а вышел пшик с маслом, но стоил 20 миллионов жизней, а это, прикинь, четыреста полных стадионов, если кто не понял! Один ваш Сталин вместе с вашими подонками типа Берии, Орджоникидзе, Енукидзе и их кавказскими дружинами и друганами сколько жизней сожрал и не подавился, а? – Лясик, плеснув себе водки, теперь накинулся на Коку: – От вашего проклятого Кобы всё пошло! Это всё вы, грузины и узбеки, испортили русских взятками! Вагонами возили коньяк и всякое другое! Вот, пожалуйста! Вы – мастера словоблудия! Бла-бла-бла – и всё! Поговорить за столом вас хватает, но и только!
– Ох, бедные русские, не знали до грузин, что такое взятка! Не смеши! – огрызнулся Кока. – Мы хоть говорим за столом, а вы под столом уже через час все лежите! Интересно, а почему вы, лохи, отдали власть грузину? Что, своих кровососов не хватало? Больше, чем концлагерщик Троцкий и Дзержинский, серийный убийца, кто людей загубил? ЧК где родилась? В Грузии? Нет, в России, где всегда правила опричнина! Кто придумал взрывать себя бомбами? Арабы? Нет, русские народовольцы! Весь террор от вас пошёл! Подожди, придёт ещё время, когда ваша страна в мире ничего, кроме презрения и брезгливости, вызывать не будет! – пригрозил напоследок.
Лясик безнадёжно махнул рукой:
– Эх… Сто лет строили косноязычный, косой и кривой, убогий деревенский социализм, без колбасы и туалетной бумаги, а рухнул он за три дня. Что теперь строить будут? Интересно посмотреть – издали, разумеется! Сейчас очередные бесы будут толкать Россию к очередной бездне. Об этом сказано: “Звёздам числа нет, бездне – дна…” Ну и поделом. Заслужили. Раздолбайская страна, всё профукала, что цари собирали веками! Свой генофонд истребила! Ценности разворовала! В одном Питере бриллиантов было больше, чем во всей Европе! А теперь лапу сосёт! Попомни мои слова: скоро все нормальные люди оттуда сдриснут, останутся только подлецы и лохи, и подлецы будут владеть лохами, как рабами! Пера Кольки Гоголя не хватает! Или Вани Грозного кулака! – обозлённо заключил он, опрокинув в глотку очередную рюмку.
Чтобы прервать этот поток и заняться поисками пакетика, Кока великодушно протянул ему одну купюру:
– Успокойся! Возьми стольник! Понадобится!
Лясик суетливо спрятал деньги в карман халата.
– Спасибо, очень кстати. Ты – вылитый дед Штукарь! Истинный христианин! Я тебя фальшаками грел, а ты меня – настоящими. Есть разница?
– Что есть – тем и греем, – скромно заметил Кока, выходя на балкон.
Фикус на месте. Но что это? Земля в кадке влажная! И какая-то серебристая!
– Лясик, почему земля в кадке мокрая?
– Наверно, Лита уборку делала, полила, – безучастно ответил Лясик. – А что?
– Дай лопаточку или нож.
Взрыхлил землю. Вот пакетик, вот и кусок плохой дури.
– Что это? – Лясик оторопело смотрел на пакетик.
– Я, когда ты умер, зарыл его сюда. Это Барана героин.
– Значит, хороший, не ершёный.
Стали осматривать пакетик – он был покрыт какой-то плесенью. Осторожно открыли, высыпали на стол. На вид ничего, нормальный, только отливал голубоватым. Кока заволновался:
– Что-то не то!
Но Лясик, буркнув:
– Ах, ерунда! Христос терпел и нам велел! – скрутил полученную стогульденовую, отодвинул себе колейку и зычно втянул. Поднял большой палец: – Всё о’кей! – и передал купюру Коке. – Не бойся! Дальше смерти не умрёшь!
Кока отодвинул себе малую бороздку, пробормотав: “Я уже сегодня шматочек съел”, – втянул порошок, расправил плечи и приступил к тому, что его беспокоило.
– Ляс, пошли выйдем. Надо одного человека в гостинице найти. На такси поедем!