Я посмотрела на Алана с обидой и злостью, но скорее на себя, чем на него.
— Если ты не заметил, то именно здесь я работаю. И, между прочим, до сегодняшнего дня мне это нравилось. — злость придала решимости посмотреть на собеседника, но я вновь отвернулась, наблюдая за ночными деревьями. Нет, не могу выдержать этот насмешливый взгляд.
— Да, кстати, хорошо поешь. А я и не знал, что ты умеешь так петь, — усмехнулся он, но в его голосе послышалось обида. У меня не было слов, чтобы ответить, поэтому лишь пожала плечами. Что я могу сказать ему? Сейчас у меня нет представлений о том, что мне делать, ведь незнакомый мне человек узнал мою тайну, которую мне приходилось скрывать от всех настолько продолжительное время.
Сколько прошло дней? Один, два? И как этот человек смог узнать за это время обо мне больше, чем любой другой их моих одноклассников за все года обучения?! Я прикусила губу, чтоб не высказать свои мысли в слух. И что теперь делать? И как поступит он? Но мы не продолжили разговор, так как открылась дверь и из неё высунулась черная макушка Мэрии.
— Эй, Джулс, ты тут? — она использовала это сокращение редко, так как знала, что оно мне не нравится, но только ей разрешалось так меня называть. Она знала, что я чувствую после выступления, поэтому старалась дать мне время прийти в себя, но сейчас (из-за непредвиденных обстоятельств) мне, видимо, пришлось задержатся чуть больше, чем обычно, и она решила узнать в чем дело.
— Да, Мэрри, я сейчас, — ответ был слишком спешным, но мне не хотелось, чтобы она видела меня в компании Алана. Хотя, мне бы на самом деле хотелось избежать ненужных расспросов с обеих сторон.
— Ладно, только ты не задерживайся — ответили мне и закрыли дверь. Да, все-таки Мэрии понимает когда мне нужно побыть одной, и я ей безумно благодарна за это.
— У тебя есть подруги? — послышался насмешливый голос со стороны.
— Тебе какая разница? — зло буркнула, чувствуя неловкость. Мне было неловко из-за того, что он слышал мой разговор с Мэрри, но разве я могла сейчас что-то изменить? И как он умудряется узнавать обо мне те вещи, которые мне бы хотелось скрыть?
— Просто не думал, что у такой грубой девушки могут быть подруги. Мне казалось, что ты бы их легко распугала. — Опять этот насмешливый тон и снисходительная улыбка.
— Мне пора, — грубо оборвала беседу и быстрым шагом направилась к входу в клуб. Только закрыв за собой дверь, почувствовала колоссальное облегчение. Но очень быстро на смену ему пришла тревога. Ведь я не привыкла, когда обо мне так много знает посторонний человек. Вздохнув от безысходности ситуации, направилась в гримёрную к Мэрри.
Когда зашла в небольшое помещение, то поняла, что она уже попрощалась с остальными членами группы, а сейчас разговаривала по телефону. Вернее сказать, заканчивала разговор.
— Да, хорошо, до встречи, — сказала она и выключила телефон.
— Все остальное уже ушли? — поинтересовалась скорее формально, оглядывая для убедительности небольшое помещение.
— Естественно, тебя ведь минут двадцать не было, если не все полчаса. — Мэрри улыбнулась, подчёркивая нелогичность моего вопроса.
Мне нечего не осталось ответить, поэтому, только пожала плечами на это заявление.
— Ты не хочешь рассказать о том, с кем разговаривала на улице? — задала вопрос она, а я чуть не взвыла от досады. Нет, она все-таки видела его. И почему Алану пришло в голову потащить меня именно на улицу?!
— А мне обязательно рассказывать именно сейчас? — с надеждой спросила, желая отложить этот разговор как можно дальше. Меня тешила надёжна на то, что удастся обойтись без объяснений, или, для начала, отложить их до того времени, когда буду в спокойном состоянии духа. Она лишь пожала плечами, показывая, что предоставляет мне право выбирать, говорить или нет.
— Я правда все расскажу, но не сейчас, хорошо? — вновь посмотрела на неё, но теперь в надежде не увидеть обиды в глазах.
— Ловлю на слове. — Она улыбнулась и задорно подмигнула, давая понять, что когда решу ей все рассказать, она завалит меня вопросами, ответов на которые мне не избежать.
Я лишь улыбнулась в ответ, мысленно благодаря её за понимание.
До квартиры подруги мы доехали в тишине и лишь когда мы стали переодеваться Мэрри заговорила:
— Тяжёлая ночка, но тем не менее я безумно довольна, что мы все-таки согласились сегодня выступать! — она улыбнулась, посмотрев на меня.
К сожалению, я могла разделить ее восторг, хотя, признаться, относительно пения действительно была солидарна с ней.
— Наверное, — пожала плечами, выражая неуверенность в ее словах. Если бы не одна встреча, то, наверное, у меня было бы в такое же радостное расположении духа, как и у Мэрри.