— Не надо.
Умывание немного освежило. Как только я снова вернулась в комнату, меня сразу подхватили на руки, донесли до кровати и уложили, укрыв одеялом. Рядом с кроватью на столике расположился ночник, дававший ровный голубой свет.
— Спасибо, — поблагодарила я здоровяка.
Не знаю, зачем он мне помог, если все равно потом на алтаре резать будет. Попытается, по крайней мере. Видимо, не хочет, чтобы я страдала больше нужного. Как же все болит! Надо сбежать отсюда, как только станет полегче. Резко скрутило живот, по телу пробежала судорога, я сцепила зубы, чтобы не заорать. Перед глазами закрутились разноцветные круги, но через пару минут, стало потихоньку отпускать.
Когда зрение сфокусировалось, я увидела Амрана, держащего кружку с соломинкой:
— Пей, это обезболит.
Долго упрашивать меня не пришлось. Когда кружка опустела, я поинтересовалась:
— Когда все это кончится?
— Не знаю, обычно изменения длятся восемь-десять дней, но в нашем случае все пошло не так, как планировалось. Пока твоя кожа зеленого цвета, изменения будут идти, когда кожа полностью посветлеет, все закончится, и тело сформируется окончательно. Зеленый цвет — это показатель магии, которой наполнен кокон. Эта магия уже наполовину вышла из твоего тела, именно поэтому изменения так болезненны. В первые пять дней тело меняется достаточно сильно, но боль резкая и непостоянная, потому что магия позволяет быстро пройти изменениям, — рокочущий бас Амрана с размеренными интонациями, успокаивал, наверное, учительская практика дает о себе знать.
— Сейчас же магии в теле меньше, и изменения идут небыстро, поэтому ты чувствуешь постоянную боль.
Ага, понятно, если резко отрубить палец будет больно, но из-за хорошей регенерации сразу заживет, а вот, если резать понемногу… тем временем, здоровяк продолжал:
— Изменения в твоем теле начались с того момента, как ты выпила воду из источника, смешанную с твоей кровью. Появившаяся метка связала всех нас, однако, для старта фазы интенсивных изменений кто-то из нас должен был находиться рядом с тобой. Но мы ушли из долины, оставив тебя одну. Если бы ты с самого начала была рядом с нами, то все самые болезненные изменения уже бы прошли. Мы не смогли защитить тебя, прости. Из-за этого ты сейчас страдаешь и имеешь полное право злиться на нас.
Удивлению моему не было предела. Он что извиняется? Карие, глубоко посаженные глаза Амрана смотрели на меня внимательно и с плохо скрываемой надеждой. Он искреннее извинялся! И, похоже, ему действительно был важен мой ответ. Ничего себе! Может, все не так плохо? Может можно будет договориться, чтобы я осталась жива, без этого обряда.
— Тебе нечего извинятся, — сказала я хрипло, смотря в глаза здоровяку.
— Ты не обижаешься, не злишься? — уточнил он.
— Нет, не злюсь, не обижаюсь, — да я даже не знала, что оказывается надо обижаться, за то, что теперь у меня тело болеть будет дольше. — А зачем вообще эти изменения?
Кажется, Амран очень удивился вопросу.
— Чтобы была возможность завершить обряд так, как надо…
— И увеличить силу?
— Да. Нам всем это надо. Сейчас особенно. В Империи происходит что-то странное, что-то опасное, мы все это чувствуем, поэтому так важно, чтобы все прошло хорошо. Да еще и найденное Смирлом пророчество. Ты должна быть здоровой, полной сил, и как можно быстрее.
— Но ведь мне предстоит…
Я хотела сказать «умереть в этом обряде», но этот момент тело скрутил новый приступ судороги, стон вырвался сам собой. Амран смотрел с состраданием, может, если постараться разжалобить его, он меня отпустит?
— Амран, — я постаралась вложить всю боль в свои слова. — Мне не хочется в таком участвовать. Может, ты отпустишь меня? Хоть куда угодно, пожалуйста.
— Отпустить? — удивление и возмущение в голосе здоровяка переваливало через край. — Это невозможно! Тебя, твою душу выбрала богиня, а она не ошибается. Ты подходишь нам идеально, иначе твоя душа не пришла бы на наш зов.
Наш зов? Значит, это «Напилася я пьяна» мою душу призвало?! Не помню, чтобы я увлекалась народным творчеством. Даже если бы эльф играл на гармошке, а остальные танцевали вприсядку вокруг алтаря, маловероятно, чтобы это настолько моей душе понравилось, что она согласилась на дальнейшие издевательства. Похоже, душу-то подменили.
— Нет, я не могу вам подходить! Ты же сам слышал, что этот второй жрец изменил ритуал, вот и пришла не та душа, не то, что вам нужно!
— Ты подходишь, я чувствую это, — Амран даже слегка улыбнулся. — Другая девушка на твоем месте не догадалась бы спрятаться в пещеру под святым источником. Просто не смогла бы спуститься, а потом выбраться из нее. Да и смешение крови с водой источника произошло неожиданно для нас, вроде бы случайно. Однако если сложить все эти случайности можно увидеть совершенно другое. Все это: прикушенный язык, забытая веревка, люк наверх, крюки, на которых держались ставни и многое другое — все промысел божий, влияние Орнии!