Кто была та женщина?
Глава 5
Город провалился во тьму. Солнце давно село, и грохот с кухни смолк. Я отмёл все мысли, что копошились в голове. Одно знал точно: Эйрин жива, и её свет всё ещё сияет в этом проклятом месте. Она выглядела счастливой. Со мной ей было хуже…
Выработал привычку: перед сном или походом в потайную подпираю дверь спинкой стула. Жалкая преграда — старик своей силой сорвёт её с петель одной мыслью. Но если кто-то попытается войти, я услышу.
Бесшумно, крадучись, скользнул в потайную комнату. Уселся, поставил рядом лампу и словарь. Раскрыл дневник на том месте, где остановился вчера. Если потороплюсь, к утру разгадаю все заметки…
День 23, месяц Палящего солнца, 542 год 2-ой эры.
Я не писал больше недели. Прости, мама, дела с отцом поглотили меня. Он оказался не таким уж плохим человеком, как я себе представлял. Очень набожный, рассказывает о своём боге… Думаю, это хорошо. Каждый должен почитать того, кому поклялся в верности.
Вчера он поведал, что ему почти шестьдесят лет! В наши дни, когда больше половины не доживают и до полувека, он — долгожитель. Для своих лет движется, как ветер — гибкий, мощный и напористый. Порой морщится, говорит, что кости ноют, но отмахивается, называя это пустяками. Смотрю на него и думаю: это его дар, тот, что делает его Избранным, или просто он есть такой крепкий сам по себе? Надеюсь, передастся и мне.
Всю неделю он учил меня фехтованию. Полуторный меч в его руках — как продолжение его самого, лёгкий и быстрый. Я пытаюсь подражать, но руки дрожат, не поспевая за его грацией. Он показывает, как держать меч, как бить копьём, как орудовать двуручным топором или алебардой — всё это он делает с такой лёгкостью, будто танцует. «Меч — это твой лучший друг, Ларс. Потому держись за него обеими руками», — говорит он. И я хочу быть похожим на него, хочу, чтобы он гордился… Не знаю откуда это во мне.
Я не он. Через пару лет, может, стану сильнее, но не таким…
Он твердит, чтобы я поступил на службу к местному Лорду. Говорит — всё устроит. Но эта мысль гнетёт меня, как удавка. Я мечтал вернуться во Флейербург, когда стану мужчиной. Восстановиться в Криптариуме. Ты так старалась, чтобы я туда поступил, и мне там нравилось — книги, тишина, учителя, что видели во мне нечто. Часть его сгорела, но начали отстраивать, когда я уезжал. Думаю за год или два управятся.
Но отец хочет, чтобы я пошёл по его стопам, стал воином. Порой говорит об этом так легко… Но у меня нет его мощи, дара… Одно дело учиться фехтованию, и совсем другое — по-настоящему убивать людей. Война пугает меня. Думаю, если бы он узнал о моих страхах, он бы рассердился.
День 30, месяц Палящего солнца, 542 год 2-ой эры.
Сегодня отец показал мне свою «коллекцию»: старые потрёпанные доспехи и шлем, неподалёку несколько стоек с разным оружием, от полуторного меча, что он так любит, до лука с потёртой тетивой. Это трофеи. От сгубленных им воинов.
Напротив, у стены —сундук. Я спрашивал, что внутри, но отец лишь отвёл взгляд и пробормотал, что покажет позже, когда будет время. Времени у нас было предостаточно… Может что-то личное для него. Не хочу лезть к нему с расспросами.
Он всё ещё не выпускает меня из особняка. Говорит, что улицы Нижнего города отбирают жизни. Кажется, он ненавидит это место.
Но я хочу увидеть Срединный и Верхний город. Попросить его об этом. Может это утроить. К нему приезжают люди с суровой стражей. Они подолгу разговаривают о чём-то. На днях также был мужчина в алой робе. Сторож назвал его «Дланью Орна в этом мире».
Все эти посетители называют отца по имени, не забывая его заслуг. Порой кланяются, выказывают уважение. Думаю, он здесь довольно влиятельный.
День 33, месяц Палящего солнца, 542 год 2-ой эры.
Сторож сегодня не пьянствовал и не валился с ног (порой мне за него страшно). Он рассказал, что на тридцатый день после ритуала Железной Клятвы все пивные в Нижнем городе закрываются. Пить нельзя — любой нарушивший запрет отправится под суд.
Я расспрашивал про этот праздник, хотел сравнить его с торжествами в честь Велара в Республике. Он сказал, что мне повезло приехать десятого дня, а не раньше. Будь я здесь в день клятвы, пришлось бы присягнуть Орну, богу-покровителю Монсарда.