* Непрямая цитата из Геттисбергской речи Авраама Линкольна.
** Строчка из гимна США (в переводе П. Палажченко).
*** Строчка из известной одноименной песни Бетте Миллер.
**** Строчка из нашумевшей песни с политическим подтекстом группы «Ленерд Скенерд» под названием «Милый дом, Алабама».
Серж надел Молли кольцо.
– Объявляю вас мужем и женой!
Врачующиеся выплюнули регуляторы и поцеловались под «Желтую субмарину».
Когда Серж и Молли поднялись на поверхность, лодка взорвалась аплодисментами. Люди на ближайших лодках тоже приветственно закричали, как и дайверы, которые случайно попали на церемонию и всплыли вместе с парой. Они изо всех сил пытались догнать искусственный букет, уносимый течением.
На лодке был торт, всякие перекусы, шампанское. Веселье росло. Люди начали танцевать. Серж раздавил ногой пластмассовый стаканчик.
Незаметно солнце село, задул ветер. Подводный фестиваль близился к очередному успешному завершению. Пора возвращаться на берег, чтобы продолжить праздник там. Лодки завелись, отцепились от причала. Оставшиеся дайверы начали всплывать.
Кроме одного.
Внизу, в далеком ущелье между кораллами, человек в черно-бирюзовом гидрокостюме вел себя несколько странно. Он бродил по песчаному дну, спотыкаясь и дурацки ухмыляясь. Это было его двухсот какое-то погружение, и опыт подсказывал: что-то не так. Он был слишком счастлив. Мужчина посмотрел на часы и на измеритель глубины. Непонятно! Он провел под водой не так много времени и погрузился не настолько глубоко, чтобы начался азотный наркоз, однако все признаки были налицо. Тело дайвера покачивалось в водных потоках. Подплыла барракуда с неприятно зубастой мордой и поглядела на него. Дайвер лишь улыбнулся. Наркоз – не так уж плохо. Даже здорово! Теперь понятно, как новички заболевают кессонной болезнью или умирают. Им так клево, что они забывают элементарные вещи. Только не я. Нужно бороться. Думать.
Владелец салона «Свежие автомобили» повторил в уме все правила, выработанные за много лет подводного плавания. Он взглянул на мини-таблицу декомпрессии на запястье и нажал на кнопку таймера. Двадцать минут, потом впустить немного воздуха в жилет и подняться выше, для следующего этапа. Дайвер проводил процедуру идеально, сопротивляясь естественному стремлению впасть в панику и рвануть на поверхность, что ему следовало бы сделать, учитывая, что в его крови накапливается десятипроцентная смесь окиси азота – подарок Сержа.
Дайвер следил за стрелкой хронографа. Прошло десять минут. Из дюжины подводных колонок заиграл «Пинк Флойд», и периферийное зрение дайвера медленно отказало.
Одиннадцать минут. Ныряльщик посмотрел прямо вверх. Туннельное зрение. Везде чернота, кроме сужающегося круга света над головой диаметром с монетку. Тринадцать минут. На лице ныряльщика расплылась абсолютно счастливая улыбка. «Пинк Флойд» достигли кульминации. Свет с булавочную головку.
«I-yiiiiiiiiiiiiii… have become… comfortably numb…»* Свет погас.
* «Мое тело… приятно… онемело» (англ.).