— Так вот. У нас заказчики, которых интересует Европа, и Восток. Вам приходилось иметь дела на Востоке, Азии?
Вопрос был поставлен в общем, но я его понял. Это мог быть любой регион. Говорить о Китае и некоторых других регионах, я не хотел, поэтому ответил.
— Я бывал на Ближнем Востоке, и мне довелось общаться с бизнесменами, ну, а Европа — родина.
— Вот это нам и интересно. — Райт посмотрел на меня более внимательно. По его взгляду трудно было понять, как он оценил ответ. — Вы знаете регион не понаслышке, и сможете, возможно, помочь.
— Если смогу, буду рад.
— Тогда надо обсудить условия сотрудничества.
— Это с Майклом, он у нас директор, я не вмешиваюсь в этот процесс.
Майкл до этого сидел молча, слушая нас.
— Я предлагаю обсудить вам финансовую сторону сотрудничества, а я бы хотел познакомиться с материалами.
Теперь я начал догадываться, почему все так быстро идет. Райт поднял трубку и вызвал начальника отдела по фамилии Мур. Когда тот пришел, то я оставил Майкла, а вместе с Муром спустился с шестого этажа на третий, в отдел. В отделе работало человек двадцать.
— Здесь у нас происходит накопление и обработка информации, которая потом поступает наверх, сообщим мне Мур. При нашем появлении, сотрудники повернули головы, оторвавшись от своих дел, и с интересом рассматривали меня. На фразу начальника, один из мужчин, сидящий близко от входа сказал:
— Здесь происходит отстой мыслей. Они стекаются к нам, мы их выдерживаем, пытаясь превратить в хорошее вино, а затем они стекают на бумагу, которую мы подаем наверх. Начальство не может пить плохие не выдержанные вина.
— Важно чтобы он не превратилось в уксус, — парировал я.
— Помолчи, — прервал его попытку ответить, Мур. — Я представляю вам специалиста — консультанта — Жан Марше. Он будет нам помогать по регионам Ближнего Востока и Северной Африки.
— Француз! — снова подал реплику мужчина, — значит знает толк в винах.
— Не обращайте внимания, — сказал мне Мур.
— Я не обижаюсь, нам предстоит общение, а строить его на обидах глупо.
— Мы будем привлекать вас на разных стадиях.
Я смотрел на эти лица, которые не отражали желания общения по вопросам работы. Это было естественно, они работали, а тут вдруг приводят человека, иностранца, который будет учить их жить. Интересно, есть среди них наш агент.
— Пойдемте, я покажу вам, где вы будете располагаться, — и мы с Муром вышли в коридор. Кабинет, был рядом, был он не большим на два стола, около входа стоял шкаф для одежды, по другую сторону шкаф для документов.
— Вам, возможно, придется общаться и с другими отделами, но все это с разрешения вице-президента.
— Я понимаю, если у меня будут вопросы, то адресую их вам, а вы решите что делать.
— Хорошо, — с облегчением произнес он, так как боялся, что все будет идти мимо него.
Мур кратко ввел меня в тему вопроса и поинтересовался, когда я смогу приступить.
— Я буду не каждый день, вам этого не надо, что мешать, но давайте завтра посмотри, что у вас есть.
Он согласился и мы попрощались. Когда я вышел из здания, меня уже ждал Майкл.
— Финансовый вопрос решили. А ты?
— Завтра начну.
— А встречи?
— Придется тебе самому, возьми с собой потенциального сотрудника. Я думаю, что сейчас надо себя зарекомендовать здесь. Потом подключусь к другим компаниям.
Не мог же я мог сказать, что именно «Метроном» представляет для меня интерес, хотел бы узнать, кто агент.
Информацию мне предоставили, но я обратил внимание на то, что сотрудники мало владеют данными. На мой недоуменный вопрос: — А как вы делаете анализ?
Мур ответил: — Увы, в последнее время информации к нам поступает все меньше. Почему, я не знаю, вот все и нервничают.
Мое общение с сотрудниками, с начальством потихоньку стирало грань настороженности. Сам же я присматривался к ним, пытаясь понять, кто агент, хотя в мою задачу это не входило. Дни шли, я выполнял то, что от меня хотели увидеть, появляясь в «Метрономе» не каждый день, а по мере необходимости. Видя, что я не навязываюсь, отношение ко мне стало меняться. Мне удалось установить хорошие отношения с рядом ведущих сотрудников, и мы иногда захаживали в бар, посидеть после работы. Грань была стерта. Все эти дни я много работал и мало спал, нужно было зарекомендовать себя.
В конце сентября, в один из вечеров, я сидел дома и просматривал газету, что делал регулярно, пробегая глазам газетные статьи и объявления. Мой взгляд замер, когда я увидел объявление для меня. Я понял, что мне оставлена информация. Это было важно, раз меня, таким образом, извещали и постарался себя отвлечь, продолжая просматривать газету, но понимал, что моему мозгу мысли покоя не дадут.