Вновь прибывший поклонился в ее сторону, точно здороваясь, и о чем-то негромко заговорил с Ройсом, Мареном и Марти. И хоть, подобно многим присутствующим здесь гвардейцам, он был облачен во все черное, Инди не ощущала в этом человеке пугающего ее холода. Зато, она очень четко уловила изменившиеся с его появлением эмоции Лин. Подруга занервничала, но как-то по-хорошему, с некоторой легкостью и радостью. Да и этот человек вроде бы нет-нет, а оборачивался, поглядывая на Линду. Хотя, конечно, не Инди делать выводы о том, куда эти взгляды были направлены, не видела четко. Однако и от мужчины ощущала явно восхищенный интерес к ее подруге.
— Ты ему нравишься, — тихо заметила, когда Линда замерла рядом, словно лесное животное: настороженное, заинтересованное, чуть испуганное. И будто взгляд не могла от него отвести…
Вздрогнула, услышав Инди, как-то смутилась, неловко передернув плечами, что показалось ей странным и вовсе несвойственным Линде.
— Так будем гулять в саду или останемся здесь? — поинтересовалась подруга, точно желая сменить тему.
— Очень хочется на улицу. По-настоящему! И куда-то туда махнуть, — она широким жестом охватила лужайку сада, раскинувшуюся за ступенями этой галереи. — Сейчас спросим, — не возвращаясь уже к теме военного, решила Инди, почему-то вспомнив их предшествующий разговор и оговорки подруги.
Видимо, у нее имелись теперь причины быть настолько осторожной и сомневающейся там, где вопрос касался мужчин. И все же сама Инди ощущала, что интерес этого военного искрений и открытый.
Не говоря всего этого, она пошла к Ройсу. И теперь верные охранники не препятствовали, но, разумеется, шли вокруг шаг в шаг, словно раздвигая этой необычной живой фигурой всех остальных присутствующих. Даже Линда, и та отстала. Или просто не хотела приближаться к Канцлеру и при жене. Так что Инди шла с охранниками.
Впрочем, идти им было совсем недалеко. Да и Ройс, едва понял, что она к нему направляется, прервал разговор, оставив троих своих собеседников обсуждать что-то без него, и сам подошел к Инди.
— Я хотела бы погулять в саду, — с улыбкой объяснила она, несмотря ни на что, ощущая невыразимое счастье, когда он оказывался рядом, махнув рукой куда-то в сторону лестницы с террасы. — Говорят, снег утих, — наверное, и в тоне, и в выражении ее лица прибавилось лукавства. В отличие от многих присутствующих, они двое точно знали, что это свидетельствовало об улучшавшемся настроении Ройса.
— Только со мной, — тихо усмехнулся мужчина, буквально пожирая ее жадным взглядом.
И это ошеломительное тепло около него! Инди казалось, что она никогда не пресытиться его жаром! Вот бы здесь не было никого — уткнулась бы всем лицом в его шею, прижалась бы к Ройсу!.. Однако, вероятно, не так стоило вести себя на глазах всего двора?..
— Это отвлечет тебя от вашего совета, да? — расстроилась Инди, подозревая, что может и не попасть в сад. Протянула к нему руки, с некоторой жадностью сплетая их пальцы, отогреваясь куда лучше, чем горячим вином.
— Нет, главное мы уже решили, Марен и Алекс введут Марти в курс дела по основным вопросам. Я целиком в твоем распоряжении, сияние мое, — Ройс улыбнулся шире, хотя говорил все так же тихо.
Приподнял их сплетенные руки и едва ощутимо прикоснулся губами, целуя Инди пальцы. Ее вновь накрыло двойственностью ощущений, но Инди уже почти привыкла к этому «привкусу» боли, отодвигая тот в сторону и упиваясь удовольствием. А вот люди вокруг них, казалось, были удивлены таким настроением Канцлера, она слышала тихий шепоток и видела, как они переглядывались.
— Ты нечасто баловал двор хорошим настроением, да, любимый? — оперевшись на его локоть, поинтересовалась Инди, буквально впитывая недоумение окружающих.
— У меня не было повода радоваться до твоего… возвращения, — передернул плечами Ройс так, словно ему было неприятно даже мысль о том времени в голову впускать. — Куда ты хочешь пойти на прогулку? — явно отвлекая, уточнил он.
— Туда! — хорошо, ей тоже не хотелось настаивать, так что, вроде бы без всякой особой цели, Инди махнула рукой в сторону каких-то деревьев или высоких кустов, темнеющих на фоне выпавшего снега. — Хоть немного пройдемся, если сумеем сугробы протоптать, хочу посмотреть, что там…
А вот Ройс, проследив ее жест, вновь улыбнулся, но как-то иначе, она не уловила. Только в нем ей почудилась некая светлая грусть, как легкая тоска за чем-то минувшим. Но и вспыхнувшие в глубине мужчины напряжение и некое сомнение.
— Ты всегда любила этот лабиринт, — заметил он. — Что ж, пошли. Не думаю, что снег нам помешает, не переживай, сияние мое.