Агрессия, некоторое время бродившая по мне, нашла-таки выход.
Сосед снизу пригласил в гости электрика.
Сосед этот мною описан был, в момент его хмельного многомясого вращения вокруг оси, когда он преобладал в подштанниках во дворе, вращаемый и направляемый друзьями; утучненный, косматый обитатель берлоги за драной дверью, с хронической засохшей фекалией у порога. Владелец нестерпимых, перманентно разобранных жигулей. Немногословный кавалер "Охоты" и гаечного ключа.
Дебил пригласил электрика, и тот полез внутрь щита.
Свет вырубился, и все у меня вырубилось.
На счастье, весь подъезд оказался дома.
И высыпал на лестницу. И выписал обоим разнообразных блюд. Я принял горячее участие в травле. Я обещал им восьмую серию Пилы и Страсбургский трибунал, если у меня сгорит статья.
Попытка устроить себе небольшую сиесту провалилась. Очевидно, я прозевал Новый Год, ибо во дворике петарды. Не надо было писать про деда Мороза.
Пусть человек, который их во дворике из себя выпускает, возьмет всю пачку целиком и затолкает себе внутрь. Пусть подожжет. Пусть отправится с этим в магазин, где купил их; с загадочным видом пусть возьмет под руку продавца. Пусть они быстро сядут в самолет до Пекина.
И пусть они захватят с собой маленького светлого человечка, который весело топает-катается по полу вот уже полчаса, в квартире надо мной. Там не может быть никакого человечка, там живет одинокая бабушка. Она скоро умрет. Но пусть они ее тоже возьмут.
А вот что я желаю разжечь в отношении группы лиц, называющих себя Северо-Западным Телекомом.
Которые желают, чтобы по поводу поломки городского телефона к ним дозванивались с мобильника в тональном режиме и выполняли Ввод.
Я желаю, чтобы сифилитический сатана посетил их в головном офисе и выполнил Ввод всего замечательного в их многофункциональные разъемы; желаю также, чтобы этим поступком он перевел их в состояние высоко- и низкотонального голосового режима; чтобы они в ходе этого продолжали восклицать: системная ошибка! - и чтобы это не помогало им ни в малейшей степени.
Я бы давал пожизненное за семейные комедии.
Валентина Ивановна!
Вы это зачем все-таки мне начислили тысячу рублей за прошлогоднее отопление?
Валентина Ивановна, вы преступили черту. Вы замахнулись на святое. Утратили ориентиры и чувство реальности. Вы посягнули на тысячу рублей, принадлежащую неимущему литератору, и, таким образом, покинули гуманитарное поле.
Валентина Ивановна, вам эта тысяча станет в горле колом. Если вы подавитесь шашлыком-осетром, то знайте, что он был приобретен на эту тысячу. Если вы купите на эту тысячу туалетной бумаги, то она окажется из бракованной канцерогенной партии.
Что бы с вами ни случилось - отольется ли в гранит пристеночное пищеварение или затромбируется полостное - знайте, это вам отливается моя тысяча, на которую вы купили и съели что-то нехорошее, а лучше бы гибельное.
Вот же сволочи какие попадаются на свете, ни совести у них, ни стыда; инвалиды души.
Прислали мне приглашение на Писательскую Ёлку.
Ну, мне она на хер не нужна, но все равно же приятно, хоть и в Москве.
Полез я смотреть: там ссылочка - приглашение, дескать, можно личное получить, а то и подарочек. Ну, думаю, хоть приглашение личное получу! Доброе слово приятно не то что кошке, оно даже писателю не помешает.
Прихожу по ссылочке, а там мне подарочки: сколько заплатить за курсы таланта, сколько - за издание у них собрания сочинений.
Это же как отобрать у детского сада конфету. Это как подарить пустой фантик в кинофильме "Сережа".
Эта моя слезинка перевесит все их деловые заслуги, и они отправятся прямиком в преисподнюю, где будут пожираемы бесконечным червем. Не будет вам счастья в наступающем десятилетии, господа! Весь ваш бизнес сгорит к чертовой матери! А вы пойдете по миру и будете жить на помойке, которую убирают раз в год.
Ребенок решил изготовить салат, ради чего мы сегодня отправились в преисподнюю под вывеской Окей. Люди там затаривались в таких агропромышленных масштабах, словно подумывали встречать не 2011 год, а следующий, когда конец света. У меня моментально улетучилось поздравительное настроение, и даже захотелось, чтобы все эти короли аппетита старый год проводили, а новый не встретили.
Я ловко подрезал очередь, сократив ее раз в четырнадцать, иначе мы бы там заночевали.