— Отпустите… — тихо попросила Лера, но с таким же успехом можно было попросить листья не сыпаться осенью или рекламу не показываться каждые пятнадцать минут фильма — результат был бы тот же, то есть сугубо отрицательный.
Парни сыпали сальными шутками, а тот, что держал ее, неожиданно лизнул ухо липким языком, снова обдав зловонным дыханием:
— Нравится, крошка?..
Леру передернуло от отвращения, и она неожиданно разозлилась. Да что же это за твари такие — любые мужчины в ее жизни! Ну, кроме отчима и соседского Витьки, которому было всего пять лет.
Хозяин ножа уже поигрывал лезвием возле ремня Лериных джинсов. Она испуганно зажмурилась.
Дома Юля уселась вместе с мамой и Ирой смотреть передачу про путешествия — Юлина мама очень это дело любила!
— Смотрите, как красиво! Это Дания. Нравится? — она повернулась к дочерям с восторгом в глазах.
Дания и впрямь была ничего. Привлекательные узкие улочки, милые домики, много цветов и мало туристов.
— Как наш балкон, — заявила Юля, отрезая себе довольно большой кусок пирога со шпинатом.
— Почему? — одновременно удивились мама и Ирка. А папа был в душе, поэтому удивиться никак не мог.
— Тесно, трусы висят и петунии, — пожав плечами, пояснила Юля, налегая на пирог.
Ирка хмыкнула. Потом, будто что-то вспомнила, придирчиво посмотрела на нее: — Юль, ты же не ешь после шести?..
— А я и не ем после шести, — с набитым ртом оправдывалась Юля. — Я ем после девяти! — гордо вышла она из положения, запивая последний кусочек уже остывшим чаем. Но тут же вскочила: — Ой, надо Лерке позвонить!
— Твой, цыпочка? Кто это без тебя не может? — с отвратительной гримасой бандит временно оставил в покое ее ремень и потянул на себя сумку. — Давай, давай, крошка! Отдай!
— Ю-ля, — вытащив телефон, по слогам, будто это было очень сложно, прочитал он. — Юля! Это кто у нас? Подружка? Подружка нам не помешает! — хохотнул он, а Лера напряглась. Только этого не хватало!
Но парень, перестав улыбаться, нажал «отбой», швырнув мобильный на землю: — Подождет твоя Юля! — и схватил Леру за грудь.
Тогда она резко выдохнула, со всей силы двинула державшего ее подонка локтем и попыталась вырваться, но тот, взревев: «убью, сука!», схватил Леру за волосы и саданул кулаком по ребрам. Она коротко вскрикнула и упала на колени, хватая ртом воздух.
— Вот так-то лучше, цыпочка, — заявил самодовольно, а второй сплюнул:
— Сука!
— Что-то сбрасывает… — задумчиво проговорила Юля, потирая трубку о бедро. — Наверное, опять у нее свидание…
Лера не хотела сдаваться. Невесть откуда взявшаяся вместо страха злость клокотала в ней, как горячий источник. Немного отдышавшись, она внезапно схватила бандита за ногу и потянула на себя. Тот грохнулся, оглашая детскую площадку совершенно недетскими выражениями, а Лера бросилась бежать, но еще двое парней, которые до этого момента почему-то не вмешивались в происходящее, были начеку — схватили ее под руки и втолкнули обратно в песочницу.
— Ну, сейчас ты… — вращая белками, мучитель встал на ноги, и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы из-за его спины не возникла высокая фигура с поднятой рукой, из которой вдруг вырвался громкий хлопающий звук, отчего птицы испуганно вспорхнули с деревьев, а в воздухе поплыл сизый дым.
— Отпустили ее! Быстро! — приказал человек, опуская руку с пистолетом на уровень глаз. — Кому сказал!
Вяло шевелясь, парни выпустили Леру, которая снова шлепнулась на колени, поскольку ноги уже не держали, и, тихо ругаясь, отчалили к своему джипу.
— Котеночек, ты в порядке? — над Лерой склонился неожиданный спаситель, а она удивленно простонала:
— Саша?..
— Котеночек, ты брось по ночам шататься. А если бы я к тебе не приехал? — Саша голосом доброго дядюшки негромко отчитывал Леру, которая, морщась, обрабатывала ссадины. На правом боку разливался синяк, а колено кровоточило в двух местах.
— Я с работы ехала… — пробормотала она. — «Матиз» снова сломался, меня Юля подвезла. До арки — а в арке эти стояли… Ой, надо Юльке срочно перезвонить… — Лера потянулась к телефону, но Саша, мягко отобрав мобильный, вложил в ее пальцы стакан с какой-то резко пахнущей жидкостью и заставил выпить все до дна:
— Все потом, котеночек, тебе надо успокоиться… вот так-то лучше! — он забрал стакан, когда убедился, что тот пуст.
— Ладно, ты отдыхай, я поеду. Запрись и, если что, звони! — Саша по-отечески поцеловал ее в лоб. Лера, укрывшись стареньким одеялом, таращила измученные глаза и молчала. «Может, он не такой уж и… не мой?» — вяло подумала она, когда хлопнула входная дверь, а квартира погрузилась в тишину.