— Подозреваемых по-прежнему трое — это Саша, неизвестный Борис и теперь еще более загадочный Владимир, — Ира что-то чертила в блокноте. — Саша скрылся, Бориса нет оснований искать, а что за Владимир — тут вообще глухо.
— Слушай! — Юлька выбралась из-за кресла. — Камеры! — вскричала она.
— Что камеры? — нахмурилась Ира. — О чем ты?
— Этот Борис, он же следил за нами! Надо запросить видео с камер, они же повсюду! — Юля заблестела глазами.
— Юль, у нас же не Англия, где везде камеры понатыканы, — Ирка пожала плечами, не желая так сразу признать, что младшая сестра говорит правильные вещи. А ведь из них двоих именно она, Ира, старше, умнее и капитан полиции к тому же!
— Ну, может, на дороге и нет, но он же терся возле салона, может, там есть, или в банкомат заходил, — Юлька поняла, что права, и забегала вдвое быстрей. — Давай, звони, кому следует!
Ира деланно вздохнула и взялась за телефон.
— И это… как его… — Юлька наморщила лоб. — Биллинг! — воскликнула она.
Ирка закатила глаза.
— Два умных слова за минуту. Браво!
— Нет, я серьезно! Ты можешь позвонить кому надо, и мы бы, во-первых, посмотрели, кому Лерка в последнее время звонила, а кто ей. Возможно, это прояснило бы, где она. А во-вторых, пусть там твои… коллеги следят и сообщат нам, если и главное где ее мобильный появится в сети.
— Юль, я же не в ЦРУ работаю, я рядовой сотрудник, — возмутилась Ира. — А ты от меня каких-то сверхвозможностей ждешь!
— Сверхвозможности у Лерки, — задумчиво констатировала Юля, вновь усаживаясь на подоконник и опять принимаясь за ногти. — Ой, Ир! — она побледнела и испуганно уставилась на сестру.
— Ноготь сломала? — проявила сочувствие Ира. — Что еще?
— Слушай, а Володя… Ириш, а вдруг это все-таки он?
— Володя однозначно он, — еле сдерживаясь, кивнула Ирка. — И он это не отрицает. Юль! Перестань!
— Нет, послушай! Я сама сказала, что тот Владимир, которому звонил Саша и который, возможно, главный подозреваемый у нас, и, скорей всего, Леркин бывший муж-психопат — это не ее Владимир, ну правильно?
— У меня от тебя голова заболела. Запутала совсем! Говори понятней! — приказала она, демонстративно роясь в ящике в поисках таблеток.
— Я и говорю, — Юля проворно спрыгнула с окна и уселась на стол сестры. — Если предположить, что Леру опять похитили, то почему Володя-заказчик не может быть тем Владимиром, который организовал этот… эксперимент? Вполне может, а Лерку схватили конкуренты, к примеру! Вот он и не знает, где ее искать, но ищет!
Юля вскочила и забегала по кабинету.
— Юль… я не хотела Лере говорить… — Ира запрокинула голову и закинула в рот таблетку. — В общем, на, почитай… — она протянула сложенный вдвое лист.
— Понятно… — Юлька вернула сводку, в которой сообщалось о безвременной кончине Архипова Владимира Андреевича, то есть Леркиного бывшего мужа. — Он не мог…
— Не мог, — подтвердила Ира.
— Но Лерка же слышала его голос… — Юля уставилась на сестру, но Ирка сердито отмахнулась:
— Значит, просто голос был похож, всего-то. Ладно, мне работать надо, езжай давай. Все, что смогу, сделаю. И биллинг, конечно! — прикрикнула она на Юлю, снова открывшую рот. — Иди!
— Значит, смотрите, что мы имеем, — Ира закурила и открыла свой блокнот. Владимир все еще был сильно занят, поэтому Юлька привезла их в его офис. — Юлькины ценные идеи дали свои результаты… Кстати, ты мне должна уже ящик коньяка, три литра пива и бутылку шампанского — Роза Абрамовна из Центросвязи крепкие напитки не употребляет!
Юля послушно кивнула, замахав руками — продолжай!
— Биллинг ничего не дал, — Ира протянула Владимиру распечатку Лериных звонков. — Ее мама, ты, даже я… ничего интересного, — Ира погасила сигарету и взялась за следующую. — А вот что касается Бориса…
— Что?! — Юлька подалась вперед, и даже Владимир поднял брови.
Выглядел он плохо — лицо совсем осунулось и было не просто хмурым, а еще и очень мрачным, что неудивительно.
— То, что машину и его самого удалось засечь, и установить, что…
— Что?! — Юля не выдержала и вскочила с места. — Ир!
— Сядь. То, что зовут человечка Оловянко Борис Аркадьевич, а машину он взял в аренду. Все чисто, — она пожала плечами. — Но…
Ирка закашлялась, поперхнувшись дымом, и все терпеливо ждали, пока она снова сможет говорить.