— Побегай, если хочешь, — пожала плечами Ира.
Пару бутылок виски — и она выяснила, что ни в одной из гостиниц этот человек не останавливался. Равно как и загадочный гость города Борис Аркадьевич Оловянко, взявший напрокат темно-синий «Ситроен», выпущенный примерно в том же году, в каком было изобретено радио. Возможно, снял квартиру.
Но, проведя на вокзале пару часов, Юля, совершенно выбившись из сил, так ничего и не узнала. Никто из теток с табличками «Сдам квартиру» человеку на фото ни квартиру, ни даже комнату не сдавал, да и случилось это далеко не вчера, что существенно осложняло опрос и неблагоприятно сказывалось на памяти теток.
Юля побрела по перрону, толкаемая спешащими на поезд людьми. На таблички «Возьмите котят» она не обращала внимания. Что же делать?!
На глаза попались продавцы совершенно необходимых в дороге вещей — шоколадных конфет, сомнительных керамических изделий, жареных кур и малосольных огурцов с душераздирающим запахом. Юля снова оживилась. Эти тетки здесь постоянно ошиваются, возможно, что-то вспомнят!
Она прибавила шагу, нацелившись на самую ближнюю, женщину лет пятидесяти, еле удерживающую свой многочисленный товар. Но поезд отчетливо фыркал, и народ, толкаясь, рванул быстрей, таща детей и чемоданы. Один особенно резвый дядька наткнулся на Юлину тетку, она не удержалась и стала заваливаться набок, а пирамида из конфетных коробок поехала в другую сторону. Чтобы не упасть, тетка схватила за рукав первого, кто попался под руку.
К несчастью, это оказалась старая цыганка, присматривающая очередную доверчивую жертву. Цыганка была в национальном цыганском наряде, то есть верхняя ее часть традиционно «зимовала», поскольку цыганка была в кожаной куртке с воротником из чернобурки, а нижняя — наслаждалась практически летним зноем в пестрой юбке. Все как полагается: зимне-летний вариант на все случаи жизни, а их в жизни цыганки немало!
Падающая тетка с протянутой рукой просто олицетворяла просьбу «Погадай!».
Гадалка, выкинув недокуренную папиросу, с радостью принялась за дело. «Дальняя дорога в казенный дом и бубновый валет с интересом», — выдала она стандартный текст, минутой позже сообразив, что гадает на руке.
— А-а-а-а! — закричала тетка, потому что коробки все-таки свалились на асфальт, веером выложив «трюфельный интерес» и «пралине в казенном доме» не хуже самой цыганки.
На шум уже спешили патрульные вокзала, но Юля была ближе — отпихнув цыганку, помогла женщине подняться и сунула под нос фото:
— Видели здесь его?!
— Видела, — отдуваясь, сразу призналась тетка. — Он у меня конфеты купил, правда! — похвасталась она, поднося фотографию ближе к густо накрашенным глазам. — Импозантный такой мужчина, вежливый и пахнет хорошо!
Женщина с таким сожалением вернула фото, что Юля подумала, а не подарить ли его с автографом! Правда, для этого хорошо бы найти этого… отчима. И желательно — с Лерой. Нет, Леру лучше отдельно от него!
— Спасибо, — вздохнула Юля, так как кроме подробностей покупки конфет от тетки больше ничего узнать не удалось. А то, что Владимир Борисович прибыл в город, никому ничего не сообщив, они и так уже знали.
Вечером они втроем снова собрались — на этот раз в стилизованном под русский ресторане.
— Мрачновато, — констатировала Ирка, выбирая столик.
Юля кивнула, разглядывая помещение.
Деревянные стены обильно украшал декор из застигнутых врасплох животных, а старинная мебель сомнительного происхождения кое-где мешала подойти к столикам, зато являлась изюминкой ресторана. По крайней мере так думал дизайнер, создававший этот интерьер.
Зато готовили здесь очень неплохо. К тому же аппетитные блюда были не менее аппетитно поданы в меню, вкусно и подробно расписывая старинные обычаи приготовления пищи. Вот только аппетита все равно не было.
— Мне кажется, проще найти этого Сашу, он все-таки местный, — предложила Юля, поглядывая на сестру. — И он совершенно точно причастен к этому делу…
— Знаете, а я ведь его видел… — начал Владимир, но Юлька перебила:
— Конечно, видел и не раз!
— Да нет, — поморщился он. — Я вспомнил, где я его еще видел! В Лерином дворе, причем после того, как на нее напали! — Владимир стукнул об стол чашкой. — Толстомордый водитель «Опеля»! Сигналил мне еще!
— Я думаю, что под видом «парня» он появлялся в нужный момент — не сам же он на нее нападал — и «успокаивал», наверное, что-то подсыпая в воду. Снотворное, скорей всего. А потом спокойно делал укол, — Владимир сжал челюсти так, что, казалось, сейчас хрустнут все зубы.