Мы с Акидом обратились, так как теперь уже нет нужды прятаться. Весь вчерашний день в самых оживленных местах заповедника, куда еще допускались посетители, проходил розыск правонарушителей, которые незаконным путем проникли в национальный парк. В обличии животных нас никто не замечал, поэтому двигаться было не так уж и сложно.
Солнце уже окончательно зашло, но Дайя все еще не было видно. Я начала переживать, но не смела озвучивать это вслух. В последнее время я слишком эмоциональна: любое отклонение от плана я воспринимаю как катастрофу. К тому же это вечная болезнь влюбленных... постоянно переживать по мелочам...
Акид уже в сотый раз глядел на небо и нетерпеливо барабанил пальцами по камню: у него свои природные часы, и, видимо, Дайя опаздывал уже надолго.
- Ангелин, нам нужно идти дальше, - в конце концов он сказал то, чего я так боялась. - Нельзя больше ждать.
- Я никуда не уйду, - слишком банальный ответ, но я не знала, как поступить по-иному. - Я пойду искать его.
- Мы не... - хотел возразить Акид, как яркий свет фонарей ослепил нас.
- Не нужно никого искать - мы вас сами нашли, - женский голос пригвоздил нас к месту.
К нам кошачьей походкой направлялась красивая девушка около двадцати пяти лет, которая показалась мне знакомой, с дивизией оборотней, которая выглядела поредевшей. Двое из них выступили вперед и швырнули на землю Дайя.
- Дайя! - закричала я и хотела броситься к любимому, но незнакомка направила на меня оружие и заставила остановиться. - Что вы с ним сделали?!
Фатума перевязали по рукам и ногам, а на глаза предусмотрительно наложили повязку, чтобы он не смог воспользоваться своим обездвиживающим взглядом. Дайя не двигался... он был без чувств... или...
- Пока ничего, - ехидный голос Виктора я узнала сразу. Парень вышел из-за спин Гару и толкнул моего мужа ногой, что тот безвольно перекатился на спину. - Но скоро он за все заплатит.
Виктор присел рядом с Дайя на корточки и хищно оглядел противника.
- Отойди от него, Виктор! - приказала я.
- А то что? - игриво поинтересовался оборотень. - Заплачешь? Со скалы спрыгнешь?
- Если ты с ним что-нибудь сделаешь, клянусь, я этого не прощу тебе. Ты понял? - я уже не грозилась. Я предупреждала.
Мы сверлили друг друга глазами, как Дайя на земле очнулся и застонал.
- Ангелина? - прохрипел он, пытаясь хотя бы присесть, но веревки сковали движение, поэтому он смог лишь перекатиться на бок.
- Дайя! - крикнула я, радуясь, что он еще жив.
- О, наш маленький мутантик проснулся, - засюсюкал Виктор и, неожиданно размахнувшись, со всей силой ударил моего мужа по лицу. - Так поспи еще!
На этом мое терпение лопнуло: обратившись, я кинулась на Виктора. В тот момент я была готова поклясться, что убью его. На этот раз я уже не буду колебаться или раздумывать. Никому не дозволено так обращаться с Дайя!
Я уже зацепила Виктора когтями по лицу, как прогремел выстрел. Дикая боль пронзила плечо, отчего я рухнула на землю рядом с Дайя.
- Ангелина, боже, что... что они посмели... - отплевывая кровь спросил Дайя.
Ноющая рана в плече была не в силах заглушить мою ненависть к Виктору. Парень склонился надо мной, и мне на морду упала капля свежей крови. Я стряхнула с носа липкую каплю и оскалила зубы. Шрам на его лице стал затягиваться, что еще сильней меня раздражало.
- Твой муженек продырявил мне обе ноги, а ты, дорогая, мне личико подпортила, - крайне недовольно Виктор зацокал языком. - Что же мне теперь с вами делать-то.
Мне было обидно и больно, что ничего не смогла ему сделать. Что он предал нас... Что все подстроил, чтобы обмануть меня...
Но ничего... Я буду сражаться до последнего. Сейчас рана на плече заживет, я воспользуюсь моментом и прокушу ему сонную артерию. Он даже обратиться не успеет...
- Виктор! - позвала девушка, все это время молчавшая и даже не пытавшаяся встревать в расправу. - Хватит уже играться. Избавимся от свидетелей, а девчонка пусть покажет нам дорогу. Вы что, оглохли?! Действуйте!
Гару зашевелились и потащили Дайя с Акидом к обрыву, а меня за шкирку схватил носорог, в которого превратился один из оборотней. Он с силой наступил на мой хвост, отчего захрустели кости, затем рогом отбросил меня в сторону.
- Яна! - позвал до этого молчавший Акид, не желая поддаваться Гару. - Яна, остановись!
Акид знает эту девушку? Незнакомка о чем-то сосредоточенно переговаривалась с Виктором, но когда услышала его голос, нервно вздрогнула, однако продолжала игнорировать зов.
- Отпусти их! Они не знают дорогу. Не трогай их. Я же знаю, ты меня слышишь! - не унимался Акид. - Думаешь, зря Марат направил ее ко мне? Он сказал мне, где храм. Я единственный, кто знает дорогу.
Я корчилась на земле от боли, с широко раскрытыми от ужаса глазами продолжая наблюдать, как Гару оттаскивали Акида и Дайя к краю обрыва, собираясь сбросить их вниз. Мне кажется, мой разум был на пределе безумия: наверно, еще никогда мне не было так страшно... даже когда умерли брат с мамой - тогда была хотя бы надежда...
Если Дайя умрет - я...
- Стоп! - внезапно приказала Яна, бросив взгляд на Акида. - Говоришь, знаешь дорогу?
- Вижу, ты еще окончательно не растеряла свое серое вещество, - хмыкнул Акид. - Я знаю, куда нужно идти. Оставьте Дайя и Ангелину. Я пойду с вами.
- Ан-нет, какой хитрый, - Яна погрозила ему пальцем. - Думаешь, пойдешь с нами и дело с концом? Раз ты такой альтруист: неверно покажешь дорогу - мы убьем их, потом и тебя. Договорились? Развяжите мальчишке ноги: пусть сам пойдет.
И мы двинулись в путь. Я не имела возможности обратиться, так как Гару отказывались отдавать мне одежду. Они надели на меня намордник и цепь и вели за собой словно комнатную собачку. Я чувствовала себя униженной, но и это теперь ушло на второй план - Дайя жив. Он не мог видеть меня и слышать, поэтому когда Гару не замечали, я нагоняла его сзади и терлась головой о связанные руки. Пусть он знает, что я рядом... что всегда буду рядом...
Акид шел впереди рядом с Яной, которая ни на минуту не выпускала его из поля зрения и держала наготове пистолет.
Что их могло связывать? Почему питают такую обоюдную ненависть друг к другу?
Мне было страшно. Что теперь будет? Гару дойдут до храма и возродят дух Геи. Это будет началом конца...
От безнадежности я взглянула на небо и первые несколько секунд была уверена, что схожу с ума или с моим зрением что-то произошло: вдоль ночного неба тянулась длинная светящаяся нить. И она отклонялась от маршрута, по которому нас вел сейчас Акид.
Вот путь в Храм! Вот, что за подсказка, которая скрывалась в колыбельном!
Под долгим взглядом, ночное небо шевелится слегка.
Оно, как шкура у ягуара, как пятна облака.
А ягуаровое небо - это запредельная черта
За той чертою, бездонный космос, а небо - это грань,
Возможно то, что тут недоступно, за ним доступным станет.
Ведь ягуаровое небо призывает превозмочь себя.
И я смотрю в него и так рассуждаю:
Быть ли мне таким как оно? Не знаю,
Но взгляд его, как совет мудреца
Прожившего жизнь себя любя,
Мол надейся на себя, и достигнешь тех высот,
Что я достиг. Понадейся на себя.
Высокомерна и непомерна его любовь к себе.
Оно влияет на настроение живущих на Земле.
Смеётся небо - светит солнце, если плачет, то из глаз текут дожди.
Спокойным взглядом оно взирает на то, как горизонт
Луну под утро, под вечер, солнце съедает, только вот