– Здесь связи нет, – предупредил Павел.
Николь ошарашенно воззрилась на Павла, сейчас она была не просто в расстроенных чувствах, она вскипела за секунду. Ей хотелось услышать голоса дорогих ей людей: Антонио, домашних работников, друзей, брата. Теперь же все пропало!
– Все нормально?
Николь прикрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. «Он не знает. Откуда ему знать? Мне надо просто смириться».
– Да, все нормально, – заторможено ответила она.
Девушка положила телефон в карман рюкзака и продолжила собирать палатку. Это монотонное дело отвлекло ее от гнетущих мыслей. Павел прошел мимо нее, когда она укладывала спальный мешок.
– Купальник взяла?
Николь отрицательно замотала головой. День обещал быть жарким, поэтому она сняла кофту.
– Идем рыбачить?
– Да!
Он шагнул в лодку, где уже лежали снасти для рыбалки, помог девушке разместиться на корме, а сам сел в центре у весел. Павел снял с себя футболку, бросил ее рядом. Один гребок, второй, и лодочка отчалила, рывком уходя вперед. Павел повернул голову в бок, определяя направление движения. Он смотрел на высокий остров позади. Николь же в это время не интересны были ни остров, ни озеро, ни лес, ничего из великолепия природы. Она, не отрываясь, смотрела на гребца, скользила по рельефу мышц, проходила взглядом от широких плеч к прессу. Николь и раньше видела хорошо сложенных мужчин, но только одно обстоятельство меняло все кардинально: это был он. Сейчас она больше всего хотела прикоснуться к нему, медленно провести ладонью по великолепным линиям тела, потереться об его щетину, зарыться пальчиками в золотистых волосах. Дыхание девушки задержалось, губы пересохли, в животе завязался тугой узел.
Они обогнули остров, и Павел остановился. Несмотря на глубину, песчаное дно в этом месте просматривалось идеально, рыбки сновали в толще воды, легкая рябь отображалась на песке тенями.
– Здесь глубина около трех метров. Тебе я выдам удочку, будешь ловить плотву, сам попробую поймать щуку!
Павел вытянул удочку, проверил грузило, поплавок, крючок. Он взял Николь за руку, поставил по центру лодки перед собой. Немного пригнув голову, он соприкоснулся грудью с ее спиной, его дыхание пробежало по ушку девушки. И она едва сдержала желание потереться затылком об его шею. Мысли ее оцепенели, она немного развернула голову, чтобы почувствовать его запах, и от этого сердце ее забилось с бешеной скоростью.
– Бери удочку. Я научу тебя насаживать хлебные шарики на крючок.
Николь молчала. Павел улыбнулся, видя полуприкрытый взгляд девушки, раскрытые губы, раскрасневшиеся щечки.
– Если будешь смотреть только на меня, ничего не поймаешь.
– Что? – растерянно спросила Николь.
Глаза девушки распахнулись, она в момент вспыхнула, а потом толкнула его назад, и Павел, потеряв равновесие, сел на скамью.
– Я не знаю, что ты себе надумал, но мне встречались мужчины и более симпатичные! Да и характер у тебя еще тот!
– Угу, ясно! Характер, значит! – сразу согласился он с ней.
Павел объяснил ей принцип ловли, он помог ей отрегулировать глубину погружения, показал, как насаживать наживку на крючок. Рыбы на этом месте было много, поэтому дело пошло хорошо. Николь смотрела на поплавок, не отрываясь, она видела, как стайки собираются вокруг наживки. Не проходило и пяти минут без того, чтобы на ее крючке не появлялась рыба. Процесс ее увлек, она чувствовала себя не просто рыбаком любителем, а настоящим профессионалом. Павлу повезло со щуренком и одной взрослой щукой.
После рыбалки они собрали костер, сварили уху, развесили засоленную мелочь на веревке. День шел к концу, небо окрасилось в розовые тона. Отдыхающие с пляжа на противоположном берегу ушли, и звуки радио сменились громыханием с танцпола. Николь осторожно пересыпала белый песок, смотря на розовые кучевые облака в небе. Павел куда-то ушел.
Время шло неспешно, вечер сменила темная августовская ночь. Николь взяла чистую рубашку мужчины из рюкзака и, обогнув косу, решила искупаться.
Она быстро сняла с себя всю одежду, а потом осторожно вошла в теплую воду. Ночь была темна, вода казалась просто чудесной, она отплыла от пляжа на сотню метров. Там девушка перевернулась на спину и, лежа на воде, окунулась в звездное небо. Оно отражалось в темной глади, перенося величественность этой вселенной в земной мир. Николь чувствовала себя частью чего-то большего, и доселе значимые акценты ее жизни потеряли смысл. Одна, одна среди звезд, остальное неважно!