– Вам не стыдно делать это при детях? – услышала Николь тонкий голосок.
Она резко отпрянула и обернулась к Пассангу. Тот сидя на корточках у реки, тер ладони мылом.
– Нечего следить за нами! – рыкнул Павел.
– Я и не следил. Река-то общая, я умываться пришел, идиот.
Мальчик смотрел на Павла с вызовом, хоть он был и мелким, но постоять за себя мог.
А Николь просто развернулась и пошла к лагерю, она решила дать возможность двум вечным задирам разобраться между собой самим. Кроме того, ей надо было остыть. Ей было сложно противостоять мужчине, которого она любила. Страсть и любовь не всегда идут рука об руку. Она вспомнила рыжую девушку, пересекающую поле по извилистой дороге. Пока он молчал, ее любовь оставалась безответной.
Стоило ей достигнуть лагеря, и от реки послышались крики. Без перевода всем было понятно, что в ход пошел дурной лексикон.
Через полчаса к ним вернулись сразу двое, оба были вымокшие и взъерошенные. У Николь волосы на голове зашевелились от их вида.
– Вы что, подрались! – возмутилась она.
Задиры посмотрели друг на друга и захохотали в голос. Пассанг выбросил перед собой большую рыбину.
– Мужчины были на охоте, теперь мы хотим быть обогретыми и накормленными, женщина! – произнес Павел.
Николь хлопнула себя по лбу и провела ладонью по лицу. «Боже, даже не знаю что лучше, когда они дружны, или когда ворчат друг на друга и хоть немного дистанцируются». Девушки были недовольны. У Павла сменная одежда была, а вот Пассанг имел только то, во что был одет. Варя достала полотенце, начала быстро переодевать мальчика. Одев на него свои вещи, она долго подворачивала рукава на кофте. Обувь поставили для просушки ближе к костру. Пассанг же был вынужден провести остаток дня, сидя на коврике. Без дела он страдал, а потому попросил кого-нибудь позаниматься с ним английским. К этому делу с удовольствием подключился Лев.
Николь взялась за приготовление ухи. Это был не совсем привычный суп, ведь обычных ингредиентов за тысячу верст не сыскать. Заправкой к нему были коренья, собранные в лесу и рис.
Пока варился суп, Николь передумала все на свете, окончательно решив, что она проиграла. Это было так унизительно, признаться самой и не услышать ответа.
В лагере тем временем продолжался мозговой штурм. Пассанг усердно повторял за Львом английские слова. Отработав произношение, он смотрел написание слова. Павел помогал с переводом. Варя усердно училась, участвуя в процессе наравне с Пассангом. Одна Николь все молчала, что можно было списать на усталость. Она не вслушивалась в то, что говорили окружающие. Сидя у ствола большого старого дуба, девушка задумчиво смотрела на костер.
Только Павел понимал, с чем связано изменение в ее настроении. Можно было терзать Николь до бесконечности молчанием, превратив все в борьбу, уложив своего партнера на лопатки, придушив его сомнениями. Однако у Павла совсем не было желания заниматься этим. До отбоя ждать было долго, за это время она могла довести себя до болезненного состояния.
– Давай дальше! – напомнил о себе Пассанг. – Без перевода я не понимаю сути.
– Продолжим! Лев, следующее слово!
– Из простых, «сан» – солнце, – предложил Лев.
Павел от костра перешел к дереву, у которого сидела Николь. Он перевел Пассангу слово, и мальчик склонил голову над словарем, изучая его написание. Как бы между дела мужчина сел около дуба, без малейшего смущения притянул Николь спиной к своему боку.
– Пожалуй, перейдем к глаголам, – предложил Лев.
Николь медленно взяла кружку с чаем, она выглядела расстроенной, и ей хотелось замаскировать свои чувства простыми действиями. Павел обнял ее. Эта несвойственная ему ласка была сродни кости брошенной дворняге. Ее вроде как не любили, но из жалости подкармливали.
Чтобы не расплакаться от обиды, Николь попыталась перевести свое внимание на обучающий процесс. Варя как примерный ученик муштровала английский, склонившись над книгой, она и Пас пытали запомнить основные неправильные глаголы. Все было вполне обычно.
Но вот Павел наклонился и прошептал на ухо Николь несколько слов, еще пара фраз, и выражение лица девушки изменилось. Ее глаза расширились, спина выпрямилась. Она как будто узнала что-то очень важное и удивительное для себя. Лицо Ники порозовело, она повернула голову в бок, слегка приподняла ее, незаметно провела виском по колючей щетине. Павел откликнулся, он осторожно прикоснулся губами к ее затылку. Все было тихо и мирно, Павел все так же переводил английские слова для Пассанга, Лев ставил произношение своих учеников, а те, безусловно, старались, и никто не знал, что у одного человека из этой компании только что произошло экстраординарное событие. Всего за одну минуту Павел перевернул все с ног на голову, волна светлых эмоций захлестнули Николь с головой, ей стало очень легко на душе, все сомнения и страхи исчезли, словно их и не было. И все же эта радость была тихой, скрытой, на двоих.