ОБ ИМЯНАРЕЧЕНИИ
Вот обычай, согласно которому происходило имянаречение детей среди нолдор.
Вскоре после рождения ребенку давали имя. Отец обладал правом придумать первое имя13, и именно он объявлял имя родичам ребенка с обеих сторон.
Поэтому оно называлось «отцовским именем» и стояло первым, если впоследствии прибавлялись другие имена. Оно оставалось неизменным*, ибо находилось вне права выбора ребенка.
*Кроме тех изменений, которым подвергалась его разговорная форма в течение долгих лет; ибо (как говорится в другом месте) даже языки эльдар менялись.
Но каждый ребенок среди нолдор (в этом, возможно, они отличались от других эльдар) также имел право избрать себе имя. В те времена первая церемония, объявление отцовского имени, называлась «Эссэкармэ», или «Сотворение Имени». Позже происходила другая церемония, которую называли «Эссэкильмэ», или «Избрание Имени». Она происходила после Эссэкармэ, без установленного срока, но не раньше того, как ребенка полагали готовым и способным к ламатьявэ, как это называли нолдор: то есть к удовольствию, что испытывает говорящий от звука и формы слов. Из всех эльдар нолдор быстрее других овладевали искусством речи; но даже среди них редко кто ранее седьмого года жизни мог полностью осознать свое личное ламатьявэ или в полной мере овладеть родным языком и его структурой так, чтобы искусно выражать свое тьявэ в его пределах. Поэтому Эссэкильмэ, целью которого было выражение этой личной особенности*, редко происходил раньше, чем ребенку исполнялось десять лет.
*Ламатьявэ считалось признаком личности, и в действительности более важным, чем другие, такие как рост, цвет волос и черты лица.
Встарь «избранное имя», или второе имя, обычно бывало новоизобретенным и, хотя строилось оно согласно структуре повседневного языка, часто не имело никакого смысла. В поздние времена, когда уже существовало великое множество имен, его чаще избирали из уже известных. Но и старое имя также могло быть несколько преобразовано14.
Тогда оба этих имени, отцовское имя и избранное имя, были «истинными»
именами, не прозвищами; но отцовское имя было публичным, а избранное –личным, особенно когда использовалось только оно. Личным, но не тайным.
Избранные имена считались у нолдор личной собственностью, как и, скажем, кольца, кубки, кинжалы или другие вещи, которые они могли одолжить или разделить с родичами и друзьями, но их нельзя было брать без разрешения.
Когда некто дозволял другому, не из членов семьи (родителей, сестер и братьев), использовать свое избранное имя - это было знаком привязанности и любви. Поэтому считалось дерзостью и оскорблением использовать его без разрешения*15.
*Таким образом, подобное отношение не имело ничего общего с «магией» или табу, как это бывает у людей.
Однако поскольку эльдар по природе своей были бессмертны в пределах Арды, но, без сомнения, не оставались неизменными, кто-то со временем мог пожелать избрать себе новое имя*16. Тогда он мог придумать для себя новое избранное имя. Но это не отменяло прежнего имени, которое оставалось частью «полного именования» любого нолдо: то есть последовательности всех имен, полученных им в течение жизни17.
*Эльдар полагали, что, если не случатся несчастье и разрушение тела, они способны в течение жизни испытать удовольствие от всех разнообразных даров, коими наделен их народ, будь то умение или знание, хотя и в разном порядке и в разной степени. С такими «изменениями умонастроения» или «инвисти», их ламатьявэр также могли меняться. Но подобное изменение или развитие, фактически, чаще случалось с нэри, ибо нисси, хотя и быстрее приходили к зрелости, оставались более постоянными и менее желали меняться. [Согласно мнению эльдар, единственный «признак» любой личности, не подверженный изменению – это пол. Ибо его они полагали равным образом принадлежащим не только телу (хрондо) [>хроа], но и разуму (инно) [>индо]: то есть личности в целом. Личность или индивидуальность они часто называли «эссэ» (то есть «имя»), но также называли и «эрдэ», или «особенность, неповторимость».
Поэтому те, кто вернулся из Мандоса после смерти первого тела, всегда возвращались к своим прежним имени и полу.])
Эти преднамеренные перемены избранного имени происходили нечасто. Но был еще один источник разнообразия имен, принадлежащих одному эльда, которое при чтении их летописей может поставить нас в тупик. Этот источник – анэсси: дарованные (или добавленные) имена. Самыми важными из них являлись так называемые «материнские имена»18. Матери часто давали детям особые имена по собственному выбору. Самыми примечательными из них были «имена прозрения», эсси теркенье, или «провидения», апакенье. В час рождения или другой подходящий момент мать могла дать имя своему ребенку, отметив главную черту его характера, открывшуюся ей, или провидение его особой судьбы19. Эти имена уважались и считались «истинными» именами, когда давались официально, и были публичными, а не личными, если ставились (как иногда происходило) сразу же после отцовского имени.