1500
§173 Исиль первым был закончен и снаряжен в путь, и первым поднялся в царство звезд; он был старшим из новых светил, как Тельперион из Дерев. И на время мир обрел свет Луны, и многое, что долго ждало, погруженное Йаванной в сон, встрепенулось и пробудилось. Слуги Моргота были потрясены, но темные эльфы в восхищении подняли глаза к небу; говорят, что с первым восходом Луны Финголфин ступил в Северные земли: длинны и черны были тени, что отбрасывали его отряды. Семь раз Тилион пересек небеса и был далеко на востоке, когда готов был корабль Ариэн. Тогда Анар поднялась в великолепии своем, и снег на горах словно бы вспыхнул огнем, и слышен стал звук многих водопадов; но слуги Моргота бежали в Ангбанд и в страхе укрылись там; а Финголфин развернул свои знамена.
§174 Варда же замыслила, чтобы два корабля странствовали в Ильмен и всегда были в вышине, но не вместе: каждый должен был следовать из Валинора на восток и возвращаться, один поднимаясь на западе, когда другой поворачивает с востока. Поэтому вначале новое исчисление дней было подобно дням Дерев и отсчитывалось от смешения света, когда Ариэн и Тилион встречались в пути своем над серединою Земли. Но Тилион блуждал своенравно, то спеша, то медля, и не держался назначенного пути; и искал приблизиться к Ариэн, привлеченный ее великолепием, хотя пламя Анар опалило его, и остров Луны потемнел.
§175 А потому из-за непостоянства Тилиона, и еще более из-за мольбы Лориэна и Эстэ, говоривших, что покой и отдых изгнаны с Земли, а звезды сокрыты, Варда изменила замысел свой и предоставила миру время, когда в нем по-
прежнему были бы сумрак и полусвет. Потому Анар отдыхала некоторое время в Валиноре, покоясь на прохладных водах Внешнего моря; и Вечер, время, когда Солнце спускалось на отдых, был в Амане часом величайшего света и радости. Но вскоре Солнце увлекали вниз слуги Улмо, а затем оно спешило под Землею и так невидимое приходило на восток и вновь поднималось в небеса, дабы ночь не длилась чересчур долго, и зло не явилось бы под Луной. Но от Анар воды Внешнего моря нагревались и сияли разноцветным огнем, и после ее ухода в Валиноре еще сохранялся свет. Но пока она двигалась под землею на восток, сияние меркло, и Валинор погружался в сумрак; тогда валар более всего горевали о смерти Лаурелин. На рассвете темна тень, что отбрасывают на край валар их Горы.
§176 Варда повелела Луне двигаться сходно и проходить под Землей, чтобы взойти на востоке, но лишь после того как Солнце спустится с небес. Но Тилион был непостоянен в скорости, как и поныне, и его все еще влекло к Ариэн, как будет вовеки; так что часто обоих можно видеть над Землей вместе, или по временам случается так, что он подходит слишком близко, и тень его затмевает ее блеск - и тогда темнота наступает среди дня.
§177 Потому с тех пор и до Изменения мира валар отсчитывали время по приходу и уходу Анар. Ибо Тилион редко задерживался в Валиноре, но чаще быстро миновал Аман, западный край: Арвалин, Араман или Валинор, и погружался в бездну за Внешним морем, в одиночестве следуя своим путем по гротам и пещерам у оснований Арды. И часто блуждал долго, опаздывая вернуться.
§178 После Долгой ночи свет в Валиноре все же был чище и ярче, чем в Среднеземье; ибо здесь отдыхало Солнце, и светочи небес в этих местах были ближе к Земле. Но ни Солнце, ни Луна не могут воскресить былой свет, свет Дерев до того как их коснулся яд Унголиантэ. Он живет ныне лишь в Сильмарилах, а они утрачены.
§179 Но Моргот возненавидел новые светила, и был какое-то время в смятении от нежданного удара валар. Затем он напал на Тилиона, послав против него духов мрака, и в Ильмен ниже царства звезд разгорелось сражение, но Тилион одержал победу: как всегда с той поры побеждает, хотя преследующая его тьма временами по-прежнему его настигает. Но Ариэн Моргот боялся великим страхом и не осмелился приблизиться к ней, да и мощи ему уже не хватало ныне. Ибо по мере того как росла его ненависть, и ширилось зло, что он рассылал вокруг, воплощенное во лжи и порожденных им тварях, мощь его переходила в них и рассеивалась, и сам он все сильнее прикован был к земле и не желал покидать свою темную твердыню. Поэтому тьмою он скрыл себя и слуг своих от Ариэн, взгляда глаз которой они не могли выносить подолгу, и земли вблизи его обиталища окутались парами и непроницаемыми облаками1.
§180 Но видя нападение на Тилиона, валар исполнились сомнений, боясь того, что еще могут принести им злоба и коварство Мелькора. Не желая пока что, как уже говорилось, сражаться с ним в Среднеземье, они однако же, помня разрушение Алмарена, решили, что подобное не должно постичь Валинор. А