— Доброе утро, Мария. Прости, я вчера задремал и не смог тебя встретить и помочь.
— Все хорошо. Я вернулась поздно, было несколько неотложных дел. Покупки стоят рядом с твоей комнатой, примерь, пожалуйста.
Мария широко, по-доброму улыбнулась, и, отложив артефакт в сторону, с любопытством посмотрела на халат.
— Лирен, тебе не жарко в нем? — с каким-то непонятным ехидством спросила она.
— Не хочется смущать тебя, — улыбнулся ей, в тон ответил и направился в ванную.
Приведя себя в порядок, я оставил халат в ванной комнате, положив в специальную корзину, на которую ранее указала Мария, и направился к себе. В прихожей взял большой бумажный пакет, и с ним скрылся за дверью.
— Так, посмотрим, что здесь у нас, — принялся бормотать вслух, аккуратно доставая вещи и раскладывая их на кровати.
— Штаны, две пары. Легкие и, наверное, удобные, — провел ладонью по мягкой ткани, и, скинув свои латаные лохмотья, примерил.
— Неплохо, — отметил я, рассматривая себя перед зеркалом.
Крой непривычен, материал, напоминающий наш хлопок, только чуть более жесткий. Материал хороший, износостойкий и легкий. Вторая пара штанов была уж совсем из незнакомой ткани, прочной и довольно эластичной. Я сделал несколько энергичных приседаний и не заметил никаких неудобств.
Следующими покупками стали две рубашки. Ткань достаточно плотная, но приятная на ощупь. Чем-то напомнили одежду для адептов Академии Стихий. Да и общий вид был строгий, но сдержанный. Интересно, на них тоже есть какие-нибудь чары для продления долговечности? Хотя Мария говорила, что магии в ее мире нет, но даже вчерашняя выматывающая тренировка показала — девушка ошибалась.
Примерил обе рубашки, отметил, что черная смотрится более практичной. А вот ее светлая пара имела претензию на изысканность и выгоднее смотрелась бы в бальном зале, нежели в таверне.
Следующая стопка представляла собой три «футболки». По крайней мере, так гласила надпись на этикетке. Выудив одну из них, я разложил вещь на кровати и принялся рассматривать со всех сторон.
Ничего подобного мне раньше видеть не доводилось, и зачем подобное могло понадобиться, я не догадывался.
— Разве что для повседневной носки, например, дома? — задумчиво протянул.
Футболка представляла собой эдакий мешок с вырезом на горле, и короткими рукавами. Две однотонные, черная и белая, а третья с рисунком большого животного на груди. Материал мягкий, приятный на ощупь.
Примерив, убедился в практичности и легкости, даже помахал руками, изобразив пару приемов, и остался доволен.
Лежащее чуть в стороне нижнее белье заставило меня замереть.
Я взял в руки тонкую, почти невесомую ткань и принялся рассматривать со всех сторон, чувствуя, как к щекам приливает жар. В моём мире подобные вещи были делом сугубо личным — их шили на заказ, хранили в самых дальних ящиках комодов и уж точно не выставляли напоказ. И уж тем более их не покупали девушки для… для кого?
Мария купила мне это.
Мысль была одновременно странной и… смущающе приятной.
Я провёл пальцами по аккуратным швам, оценивая качество. Ткань мягкая, эластичная, явно дорогая.
— Чтоб тебя, — выдохнул, откладывая покупку в сторону. — Вот что значит «сниму мерки». Сняла так сняла.
Я быстро переоделся, стараясь не думать о том, как именно Мария подбирала этот предмет гардероба, с облегчением натянул новые штаны и рубашку. Всё остальное аккуратно сложил, разложив на кресле, и ещё раз провёл рукой по отросшим волосам, приводя себя в порядок.
— Подарок есть подарок, — сказал я себе, стараясь унять смущение. — Она хотела как лучше. И ей спасибо. А размышления оставим на потом.
Присев на кровати, задумался. Отношение ко мне Марии было заботливым и приятным. Следовало бы ответить взаимностью. Рассказать правду о себе и своем мире? Она должна знать хотя бы часть правды. А еще следует сделать ей какой-нибудь ценный подарок.
Я иногда бываю излишне старомоден и вопреки некоторым кружкам и течениям в столице, придерживаюсь правила, что ценность подарка определяют обстоятельства. А в нынешних обстоятельствах у меня пока ничего нет. Значит, нужно подумать, чем я могу порадовать Марию.
Приняв такое решение, потянулся, и, поправив кулон, спрятав его под рубашкой, направился на кухню.
Прикрыв за собой дверь и поправляя непослушные волосы, я сделал несколько шагов по коридору и замер на пороге.
Дия… нет, вернее сказать, Мария порхала по кухне.