Ольга Вячеславовна говорила, что с тем потенциалом, который она видела во мне, я могу использовать любые методы и техники. Как-то даже проговорилась, что мне подвластно воздействие на группу людей. Правда, я так и не поняла, когда Мастерица смогла это рассмотреть.
Прикинув, как меня могут впоследствии использовать, я не стала сразу же раскрывать перед всеми свои возможности. Иногда было тяжело из-за сдерживания магии, но пока справлялась. Требование Ольги Вячеславовны об участии в заседании Ковена было очень не к месту, но лучше я буду жестко контролировать магию, чем пожинать плоды недовольства Мастерицы.
Разложив перед собой чертежи, карандаши и нити, принялась анализировать то, что набросала вчера, чтобы сегодня закончить и завтра уже приступить к работе.
Итак, фэнтези сон. Метод вязания — ажурные узоры с накидками. Теоретически, такой сон может повышать творческое мышление, при этом снижая критическое. В зависимости от сложности узора, различается и процент повышения. Видимо, Ольга Вячеславовна посчитала мой чертеж слишком простым и обыденным, раз забраковала его. Полина для сценария сна брала народные сказки про Ивана-дурака. Оказалось, что это очень хорошая и незаезженная идея. Я выбрала попроще, чтобы не выделяться, и использовала простенький образ школы-замка магии из нашумевшей истории про мальчика-волшебника. Не подошло.
Высокомерно улыбнулась, представляя, как удивится Мастерица, когда я принесу ей свежий, необычный сценарий. Академия стихийной магии, где есть боевое и целительское направления. И у каждой стихии свои способности. Как, например, у воздушных целителей — умения работать с аурами. Я бы сама до этого не додумалась. Ладно, водные и земные могут воздействовать на тело, но чтобы можно было работать с такими эфемерными явлениями, как аура человека, я точно не слышала. Какая же свежая идея!
Воодушевление сбросило усталость без остатка. Я принялась рисовать петли и накидки, используя, как мне показалось, воздушные цвета: голубой и синий, фиолетовый. Последний специально выбирала насыщеннее, чтобы заложить образ Лирена. Мне не нужно прикасаться к одаренному, пока создаю схему, но когда буду ее «вязать», лучше быть рядом с парнем. Главное, делать все быстро, чтобы он не ощутил что-то, как это было с Луи.
Я создавала рисунок, добавляя объема с помощью символов, олицетворяющих в моем воображении Наира и Малдию, какими они предстали передо мной из рассказов Лирена. Накидками дополнила от себя оборотней и вампиров. В моем понимании такие существа есть в любых мирах. Кое-где простые воздушные петли обозначали возможность выбраться из сна.
Несколько часов кропотливой работы и передо мной лежала большая круглая схема. Для любого постороннего это была бы салфетка. Для Мастера сновидений здесь кроется целая история о магии, дружбе и магических боях. Кружево повествовало о небольшом отрезке жизни студента стихийной академии. Возможно, это может показаться повторением истории, которую мне забраковали, но в этот раз я выверила все до последней петельки. Каждый миллиметр был особенным, позволяющим Лирену делать выбор при определенных обстоятельствах.
В рамках моей легенды посредственного мастера я превзошла саму себя. Пусть Ольга Вячеславовна поверит в то, что смогла на меня подействовать своим авторитетом и угрозами. Незачем ей знать, какое удовольствие я испытала, создавая этот сценарий. Впервые это было истинное вдохновение, а не созданное из-под палки или из любопытства. Я ощутила себя творцом! Видимо, подобное испытывают художники и композиторы или представители других направлений искусства.
Сделав несколько фотографий своего творения, отправила изображения Ольге Вячеславовне. Пока это лишь сценарий, не наполненный магией, но какой сценарий! Следующим шагом будет вязание, в процессе которого я создам полноценную волшебную схему. Для обычного человека это просто салфетка, для одаренного — ощущения и видения, для Мастера снов — магический рисунок заклинания, невидимый посторонним. Даже маги других специальностей не смогут его заметить, лишь ощутить воздействие со стороны.
Любовно погладив рисунок и подобрав нитки необходимых цветов, достала набор крючков. Я лично зачаровывала каждый, специально выезжая в места скопления силы, чтобы прокалить в огне и на месяц оставить в проточной воде одной из крупнейших рек страны. Ольга Вячеславовна помогала с расшифровкой старого гримуара, в котором хранилось множество заклинаний и рецептов. Тогда и узнала, что инструменты мага могут отражать суть и цвет силы. Мои крючки были винно-бордовые из литого металла с тонкой гравировкой, которую опять-таки я делала сама.