Нарастающая буря, словно предвестница беды, сдула меня с места. Пришлось извернуться, чтобы не встретиться лицом с паркетом или краем мраморного камина. Мягко приземлившись, я откинул растрепавшиеся волосы, длинный хвост куда-то делся, и закрыл глаза, пытаясь вновь ощутить магию.
Этот сюжет снился мне уже четвертый раз.
Ровно столько, сколько болеет Дия. Моя смелая птичка.
Словно в ответ на мысли, непогода за окном усилилась. В рев ветра вплелись странные нотки — то ли завывание зверя, то ли скрежет незнакомых механизмов.
Бросив попытки договориться с магией, здесь она казалась капризной и тягучей, я выпрямился и шагнул к окну. Меня будто что-то толкало в спину, требовало выглянуть.
Новый раскат грома прозвучал оглушительно, как атака королевского архимага. Я инстинктивно пригнулся, отскочил в сторону и прижался к холодной стене. Разбушевавшаяся стихия, словно предупреждая, усилила натиск. Сквозь разбитые окна до меня долетали брызги ледяного дождя.
Пересилив любопытство, я осмотрел полуразрушенную раму, клочья штор, кусочек серого неба в прорехе. В отражении осколков, словно игра воображения и тени, мелькнул женский силуэт. Видение длилось всего мгновение. Потом, преодолев сопротивление ветра, рывком распахнул узорчатое окно и шагнул на балкон.
Словно по волшебству, непогода отступила.
— Красиво, — не удержался я.
Передо мной открылся пасторальный вид. Небольшой замок, скорее усадьба, но с элементами фортификации. Слева и справа островерхие башенки, вокруг белокаменная стена. Вдалеке у горизонта виднелись деревянные строения, похожие на крестьянские избы. Все было каким-то… картинным. Слишком ухоженным.
Я стоял на балконе донжона, свесившись через каменные перила, и смотрел вниз, на абсолютно пустой двор. На высохший, потрескавшийся фонтан. На мраморные статуи, уже стершиеся от времени до неузнаваемости.
— И что бы это значило? — задал я вопрос себе и, усевшись прямо на камень, задумался.
Сны бывают вещими. Особенно такие настойчивые. Но кто мог послать его? И зачем? Намек на состояние Дии? Или… на мое собственное?
Вопросов, как всегда, было больше, чем ответов. Главный — почему только сегодня я смог выйти из бального зала и прогуляться по замку?
Меня вырвал из сна удар грома.
Сладко потянувшись, я сбросил остатки тяжелого, липкого сна. В комнату врывался сквозняк, неся с собой вечернюю прохладу и ощущение умиротворения.
— А не придумываю ли я себе лишнего? — проворчал, захлопывая тяжелые ставни. — Уж больно много совпадений.
Принялся бродить по комнате размышляя. Этот сон, странный и безлюдный, преследовал меня уже четвертый день. Всегда один и тот же зал — не пафосный тронный, а сдержанно-благородный, как гнездо древнего, но угасающего рода. Повсюду следы увядания. И только сегодня впервые удалось выйти за его пределы, но ничего принципиально нового я так и не увидел.
В первые дни перерыл все библиотеки в поисках разгадки: вещий сон, проклятие, иллюзия, атака подсознания? Ничего.
И я списал все на усталость и стресс.
А его было с избытком.
Дия, моя смелая птичка, угодила в скверную историю. Четвертые сутки она лежала в Доме Целителей без сознания. Очнулась лишь однажды — и надо же, именно в тот момент меня не было рядом.
Я мысленно выругался, перестал корить себя, налил сока и уселся на кровать. За окном тяжелые тучи ползли над городом, обрушивая целые потоки воды, обещая в ближайшие часы сотворить новое море в окрестностях.
Лырово? А может сразу Лирово море? — мелькнула дурацкая мысль.
И этот огневик, что все время крутится возле Дии… какие-то у них тайны. Я отогнал мысли, повалился на подушки и закрыл глаза.
Утро встретил контрастным душем и энергичной зарядкой. Отдохнувшее тело радовалось, будто запасаясь силами перед долгой дорогой. Плотно позавтракал в пустой столовой и пошел по своим делам.
Встречный Лэйс, обычно неугомонный, был серьезен и краток:
— Целитель проводит с Дией сложный ритуал. Просили не беспокоить.
Я лишь кивнул, добавив в и без того длинный список дел еще пару пунктов.
День пролетел в лихорадочной суматохе. Количество дел росло быстрее, чем успевал вычеркивать уже выполненное. Рассудок твердил, что я сгущаю краски. А Дом Целителей — неприступная крепость. Но под ребрами ныло холодное, животное чувство, не желавшее слушать доводы. Я метался: договориться о дополнительных патрулях, выбить через знакомых редкие компоненты для укрепляющих зелий, проверить слухи... Каждое выполненное дело было попыткой заткнуть голос интуиции, который выл на все горло: «Опасность близко. Она уже здесь. Ты ее не видишь, но она идет». Я буквально чувствовал, как время утекает сквозь пальцы. Эта гонка лишь подстегивала смутную, необъяснимую и нарастающую тревогу.