Переодевшись, мы расположились на кухне. Я не стал сразу приступать к объяснениям. Воспользовавшись чайником, что так сильно напоминал привычный мне бытовой нагревательный артефакт, аккуратно разлил горячий напиток по чашкам и, расставив все на столе, придвинул одну из них поближе к девушке.
— Мара, — начал я, отпив несколько глотков обжигающе горячего чая и посмотрев в глаза сосредоточенной девушки. — Луи пригласил меня посетить фестиваль реконструкторов возле Ратуши.
Повторив сказанное ранее и, не дождавшись уточняющих вопросов, продолжил:
— По его словам, там собираются люди, знающие чуть больше, чем остальные. Но неизвестно, связано ли это с магией или имелось в виду что-то другое. И я хочу уточнить, а что вообще такое реконструкция?
— Сам термин означает «восстановление», думаю, ты и сам уже перевел. Но в данном контексте это встреча людей, любящих старину. Они создают оружие, доспехи, национальные наряды, украшения и прочее, характерное для выбранной эпохи. Наряжаются в эти костюмы и проводят конкурсы, показательные бои и множество подобных активностей. Продают разные самодельные сувениры путешественникам. Я видела рекламу в интернете.
Произнося это, Мара взяла планшет (какой же удивительно полезный артефакт!), что-то быстро нажала и, повернув экран ко мне, показала несколько картинок. На них люди в разных диковинных и не очень изысканных нарядах улыбались, танцевали и торговали всякой мелочью.
Были и воины. Закованные в излишне вычурные доспехи, они сходились на импровизированном ристалище. Встречались и рыцари, но столь аляповато одетые, что я не выдержал и рассмеялся.
— Больше похоже на балаган, — успокоившись, хмыкнул я, рассматривая разодетых, как попугаи, людей.
— Согласна, — улыбнулась Мара. — Тебя туда позвал настоящий эльф?
Сарказма в голосе девушки было столько, что я невольно ответил в ее же стиле:
— Да, настоящий эльф позвал меня посетить ярмарочный балаган и попытать счастье в поиске нужных ответов.
В этот раз мы рассмеялись оба. С такой Марой было легко и приятно. Достаточно ироничная и прагматичная, она строила планы на нашу поездку по Минску, предлагала варианты, куда можно было бы еще заглянуть в районе Ратуши. Полностью доверившись в этом вопросе девушке, наблюдал за ней, размышляя, как начать достаточно неприятный разговор, который, скорее всего, испортит едва восстановленное шаткое перемирие. Но чувство гордости и достоинства требовало прояснить некоторые вопросы.
— Мара, я хотел сказать... — начал я, когда чай уже был практически выпит.
— Извини, что перебиваю, но мне очень нужно прояснить один вопрос, — внезапно сказала девушка. — Скажи, пожалуйста, почему именно Мара? Из всех возможных вариантов моего имени ты остановился на имени богини Смерти.
Я замер в замешательстве, сбитый с толку.
— Обращение «леди» тебе не нравится, — ответил.
— А Мария?
Замялся, подбирая слова, а потом, решив, будь что будет, честно признался:
— Слово «мария» на древнем языке сильфов в моем мире переводится как «любимая».
Замолчал и отпил остатки остывшего чая. Комната и компания перестали казаться уютными, хотелось уйти.
— О, — только и выдохнула девушка. — Неловко получилось. Не знала. Да, ты правильно сделал, что решил обращаться по-другому.
Что-то мелькнуло во взгляде серых глаз, но я не успел осознать, что же это было. А лезть, пусть даже слегка, в чужую ауру у меня не было ни сил, ни желания.
— Спасибо, что не выбрал вариант «Маша», — прерывая неловкое молчание, сказала Мара. — Не люблю это сокращение. Мара, значит, Мара. Тем более ты меня и так чуть ли не вестницей смерти в первый вечер назвал.
Девушка выдавила из себя улыбку.
— Так что ты хотел сказать? — с любопытством блеснула она глазами.
Уверен, что мои слова точно испортят такое хорошее настроение. Очень жаль, но некоторые вещи нужно прояснять сразу.
— Вернее, выразить свое недоумение и непонимание относительно твоих действий.
Видя моментально изменившийся и нахмуренный взгляд девушки, я в примирительном жесте поднял руку:
— Позволь, я расскажу.
Допив чай и отставив чашку в сторону, продолжил:
— С момента моего попадания в этот мир ты окружила меня заботой и вниманием. Помощь с ранами, еда, крыша над головой. Я бесконечно тебе благодарен и постараюсь отплатить той же монетой. Да, совсем не знаю правил этого мира, его обычаев, традиций и законов, того, что можно делать, а чего нельзя, — я замолчал, наблюдая за Марой.