Прошло какое-то время. Я дочитал главу, на этот раз по-настоящему не отвлекаясь. Книга была интересной, история предательства и мести. Знакомая тема.
Внезапно в офис вошел кто-то новый.
Я поднял глаза и увидел… странное существо. Молодой мужчина, ухоженный, подтянутый, одетый с такой тщательностью, будто собирался на какое-то мероприятие. Его волосы были аккуратно уложены, одежда сидела безупречно. Но самое странное — это ощущение от его ауры.
Она была… яркой. Не магической, но какой-то другой. Он излучал уверенность, радость, легкость. Мужчина передвигался по офису, словно танцор.
— Красавицы мои! Я слышал, что у вас случилось, и пришёл развеять все ваши тревоги! — воскликнул он, и его голос был таким же ярким.
В руках мужчина нес какую-то коробку — похоже, еду.
Одна из девушек — Алиса — мгновенно просияла.
— Егор — сладкий! — обрадовалась она.
Сладкий? Странное прозвище. Но я понял: этот человек — свой. Его любят.
Он раздал всем какие-то вкусности, поговорил с Алисой, потом подошёл к Маре. Они о чём-то пошептались, и вдруг Егор замолчал.
Мужчина смотрел на меня долго не отрываясь. Я не стал отворачиваться. Пусть смотрит.
Что-то полушепотом, замирая, спросил он у Мары, не отводя взгляда.
Я насторожился: какое странное поведение.
Мара ответила со слегка уставшим видом.
Затем что-то еще, и еще. Наконец, мужчина излишне громко и эмоционально воскликнул, привлекая всеобщее внимание:
— Маша, я тебе любую фотосессию бесплатно сделаю, только уговори его у меня сняться!
Я замер.
Сняться? Где? У него? Как? Что вообще это значит?
Снять что-то? Доспехи? Одежду? Проклятие?
Странное сочетание слов. «Фото» — свет. «Сессия» — заседание, собрание. Ритуал со светом?
Или это метафора?
Я различил слово «модель». Возможно, это ключ к разгадке.
Перевел взгляд на Мару, она стояла явно недовольной и будто какая-то обреченная. Значит, просьба весьма необычная. Настолько, что даже она, привыкшая ко всему, не может найти слов.
Интересно. Очень интересно.
Мара, несколько секунд стояла с выражением недоумения на лице, но в ее глазах зажглись довольно опасные огоньки. Она улыбнулась, с подозрением еще раз посмотрев на Егора, направилась в мою сторону.
— Лирен, — начала она, замерев рядом, — как ты относишься к искусству?
— Искусству? — не понял я ее странного вопроса, отчего еще сильнее внутренне напрягся. — Вполне хорошо, если это не связано с жертвоприношениями.
Последнюю фразу я добавил едва слышно, но Мара всепоняла.
— Ой, нет, даже не думай, — она махнула рукой, мило улыбнулась. — Егор, это прекрасный и веселый мужчина. Он… Хм-м-м… Как бы сказать…
Мара щелкнула пальцами, подбирая удобное объяснение.
— Проводит какие-то ритуалы? Священнослужитель? Или духовное лицо?
— Что? — на секунду опешила девушка, следом сдавленно рассмеялась. — Прости. Было очень забавно, но, к сожалению, Егор всего лишь фотограф. Это что-то по типу… живописца, по-вашему. Он создает картины, только намного быстрее, нежели писать красками и кистью. Есть специальный… — она опять задумалась, подбирая слова: — пусть будет артефакт, называется «фотоаппарат», и с помощью него за мгновение создается реалистичная картина.
— И в чем здесь искусство? Ведь теряется мастерство выбора фона, техники, мазков, возможно, добавок в краски, специальные кисти, или другие приспособления. Я видел мастеров за работой, это очень интересный и сложный процесс. Пожалуй, ничуть не меньше, чем в скульптуре.
— Егор — настоящий мастер. Поверь. Пусть тебя не обманывает то, как он выглядит или говорит. Но, взяв в руки фотоаппарат, Егор преображается, и его дар в том, чтобы выбрать идеальный ракурс, свет, фон и все те детали, что ты перечислил.
— Это очень серьезный труд, — кивнул, все еще не понимая, при чем тут я. — Но чем я могу ему помочь?
— Егор не фотографирует виды на море или горы, он снимает людей в красивой и элегантной одежде. И ему очень понравилась твоя внешность. Его штатные модели всем приелись и выглядят искусственно, а ты для него что-то новое.
— Он хочет, чтобы я принял участие в его работе, выступив в качестве модели? — уточнил, быстро сопоставив все сказанное Марой.
— Да, но скажу сразу — если ты согласишься, нужно будет выполнять все его просьбы, а также переодеваться.
— А чем плоха эта? — не понял я и провел ладонью по рукаву светлой рубашки.
— Это очень хорошая одежда, и тебе она идет, но там понадобится другой образ.