— Звучит несложно, — кивнул я. — Мара, скажи, пожалуйста, мое участие в его работе важно для тебя? Это не нанесет урона твоей чести?
— Подожди, как это может повредить мне? — Мара с недоумением посмотрела.
— Ты, как зарекомендовавшая меня особа, взяла ответственность за меня, и если я буду совершать постыдные или аморальные поступки, на тебя упадет тень.
— Ты так пытаешься понять, достойное ли занятие я тебе предлагаю? Ой, не волнуйся, это очень уважаемое и денежное дело. Помнишь, ты увидел у меня на планшете поющего и танцующего человека, и еще назвал его Наиром? Так вот, это очень популярный человек из Кореи. И даже он не брезгует сняться в фотосессиях.
— Понимаю, — я кивнул и поднялся со стула.
Если это еще поможет заработать золота, вернуть долг Маре…
— Тогда согласен.
— Вот и замечательно! — радостно произнес мужской голос, и к нам стремительной походкой танцора подошел этот «живописец-фотограф».
— Простите? — кивнул я, поворачиваясь к мужчине и недоуменно выгнув бровь.
— Это Егор, наш штатный фотограф, — спохватилась Мара и с радостной улыбкой представила нас друг другу. — Это Лирен, мой хороший знакомый из Франции.
Я с уважением пожал на удивление крепкую ладонь.
— Егор, введи его в курс предстоящей работы, а мне пора вновь в царство маркетингового хаоса.
После чего девушка помахала рукой и вернулась к своему столу, погружаясь в работу с головой.
— Лирен, вы из Франции, да? — произнес Егор, едва отпустив мою ладонь и отойдя на шаг, внимательно рассматривая меня. — Это хорошо. В тебе чувствуется что-то такое, а-ля «благородной стати». К цветотипу очень подойдут фильтры холодные, с серебристым оттенком, можно будет использовать фарфоровый тон или альпийский снег. Коллекция будет классическая с элементами аристократического духа.
Егор потирал подбородок и говорил, казалось, сам с собой. По крайней мере, мои ответы ему были не нужны. Егор обошёл меня вокруг, прищурившись, словно оценивал картину. Кивнул сам себе и произнес:
— Лирен, прости, я на «ты» перешел. Надеюсь, это не обидело тебя, просто, так удобнее и быстрее работать. Ты когда-нибудь снимался?
— Все хорошо, Егор, меня это не задевает. А что касается съемок — нет.
Это решение для меня далось непросто, но ради Мары я пошел на столь вопиющее попрание дворянской чести и достоинства. Егор мог даже не знать элементарных правил этикета. Хотя тыкать человеку — как минимум невежливо.
— Так и думал, иначе я бы знал. Вкратце объясню принцип. Мы выстраиваем композицию, одеваем тебя в разные образы, ты, занимая максимально выгодные и естественные позы, застываешь на несколько секунд. Потом идет смена. И так, пока не закончим. Все сложности и непонятности решим уже на месте. Все понятно?
— Конечно, — кивнул я.
Действиельно, звучит несложно. Это не позирование перед портретистом. Однажды в детстве мне пришлось сидеть неподвижно практически два часа, пока приглашенный мастер делал наброски. И это еще считалось очень быстрой работой. А Егор говорил всего лишь о нескольких мгновениях. Думаю, я справлюсь. Впрочем, в моем мире была более дешевая и доступная альтернатива — специальные артефакты. Они создавали изображения и движущиеся картинки буквально за пару минут, но в них не было даже простенького отпечатка ауры, не то что «души».
— Отлично, тогда не будем терять время. Разумеется, оплата будет более чем достойная, — и мужчина направился на выход из офиса, не останавливаясь крикнув девушкам:
— Пока, мои красавицы. Я с тяжким сердцем, но радостью в душе покидаю вас. Надеюсь, вы простите меня за эту небольшую кражу.
Шагая вслед за Егором, я обернулся к Маре и увидел в ее глазах любопытство вперемежку с облегчением, а улыбка была слегка смущенной, словно она извинялась.
Хор женских голосов застал нас уже на выходе из офиса, и мы вновь оказались в длинном коридоре.
— Идем. Я предупредил о переносе, поэтому должны успеть подготовить оборудование. Не будем заставлять людей ждать.
Егор уверенно, слегка манерной походкой, направился по коридору вглубь здания, параллельно радостно объясняя мне, что требуется делать. Я шел чуть позади, рассматривая встречающиеся таблички возле дверей, внимательно слушая творца.
Были разные офисы, студии по макияжу, маникюру, что-то с печатью и еще множество всего. Но больше всего мое внимание занимал сам Егор.
Мужчина среднего роста, фигурой чем-то напоминал воина, но только напоминал. Словно все его мышцы были результатом работы над красотой тела, и ни капли эффективности. Не было у него развитых плеч, как у лучников. А бедра не бугрились мышцами, как у всадников. Ладони не привыкли сжимать рукоять меча или древко копья.