В этот момент кто-то тихо приоткрыл входную дверь, и на пороге появилась юная невысокая девушка со стопкой бумаг в руках.
— Егор, вы заняты? — произнесла она тихим голосом.
— Да, золотце мое. Я занят творчеством! Если бумаги терпят, зайди позже или посиди на диванчике, — он махнул рукой, указывая на мягкую мебель, стоящую вдоль одной из стен помещения.
— Хорошо, как скажете, — девушка, поправив очки в тонкой оправе, скромно пристроилась на уголке дивана.
Она то и дело бросала на меня заинтересованные взгляды, но быстро отворачивалась к телефону, на котором что-то печатала.
А Егор, уже прекратив обращать на нее внимание, вновь принялся отдавать команды, уверенным и даже каким-то армейским тоном, чем весьма меня удивил. Мне показалось, что ему несвойственны такие суровые интонации.
— Леша, по-твоему, этот рефлектор нужен для восьмой сцены?
— Вроде нет, — протянул задумчиво парень и поставил на место металлическую треногу с непонятной конструкцией сверху.
— Вот именно и тащить ее сюда абсолютно незачем, — Егор, наклонив голову, проникновенно заглянул в глаза Алексею и, чуть тише, но я все равно расслышал, произнес: — Лешенька, прекрати тормозить и включайся уже в работу. У нас важный заказ и не менее важный гость. Не подведи меня.
Последняя фраза, произнесенная довольно доброжелательным тоном, за которым ощущалась хорошо скрываемая угроза, вызывала целый табун мурашек, и я передернул плечами. Каково Алексею, стоящему вплотную к этому мужчине, даже боюсь представить. На секунду закралась мысль, что Егор тоже не человек…
— «Нужно за ним понаблюдать», — решил и повернулся к Лене, что стояла рядом, терпеливо ожидая, пока я обращу на нее внимание.
— Лирен, не пугайтесь, — улыбнулась красивая женщина и уверенно взяла меня под локоть. — Сейчас я все объясню.
Мы зашли за ширму, которая оказалась куда больше, чем на первый взгляд. Передо мной предстали три столика с зеркалами, чем-то напоминающие дамские, очень высокий стул, яркий и довольно удобный диванчик, а также множество разных баночек, коробочек и прочего.
— Это своеобразная гримерная, — прокомментировала Елена в ответ на мой любопытный взгляд, широким жестом обводя пространство. — После того как переоденетесь, я нанесу небольшой слой макияжа. Это нужно, чтобы кожа не бликовала под лучами ламп во время съемок. Согласны?
— Конечно, — улыбнулся я, чуть склонив голову. — Вы здесь хозяйка, и я не стану возражать.
— Отлично, — хмыкнула девушка и, заходя за ширму, тихо шепнула, обращаясь скорее сама к себе: — Вот бы все модели были такими покладистыми.
Оставшись в относительном уединении, я присел на ближайший стул и тихо выдохнул.
— Фей… — вспомнил маленького жителя библиотеки Академии стихий. — Неужели эта Лена — настоящая фея? Просто невероятно.
Магический флер, что окружал меня еще на подходе к студии, оказывается, не принадлежал Маре или Егору, а был целиком и полностью заслугой Елены.
Прикрыв глаза, я постарался припомнить все свои ощущения с момента входа в торговый центр.
И первое, что пришло на ум — это легкий, едва ощутимый цветочный аромат. Он ощущался скорее краем сознания, порождая удивительно цельные и объемные воспоминания из детства. Букет еще совсем юных, влажных от росы цветов, что моя самая младшая сестренка Ликерия принесла в столовую и собственноручно украсила ими обеденный стол. Аромат наполнил комнату настолько густо, будто мы завтракали в саду.
Мама тогда тихо умилялась, а еще одна моя младшая сестренка Верея, зарывшись носом в букет, все утро просидела с мечтательным выражением лица. И даже вечно хмурый отец тогда ни с кем не поругался и с удовольствием ел блины с медом.
— Хорошее было время, — тихо произнес я, с силой проводя ладонью по лицу. — Но надо же, фея.
Конечно, она не похожа на Фея из моего мира, но это и неудивительно, учитывая, что и в Луи я эльфа опознал в основном благодаря магии. Но как же это удивительно и любопытно, а еще наталкивает все сильнее на мысль, что Мара или действительно не знает про волшебство в этом мире, или обманывает меня. Нужно будет понаблюдать, как она взаимодействует с Еленой.
Я вдохнул воздух полной грудью, ощущая, как отступает тревога, сменяясь гармонией в сердце, как легкая воздушная магия мягко прикасается к волосам.