Максим стал читать, делая это медленно и с выражением. явно вкладываясь эмоционально в произносимые им слова.
– Ваша прабабка, Констанция Гладковская, отказала Шопену, она посчитала, что такой тонкий человек каким был Фредерик, не создан для быта и семейной жизни. Почти сразу Констанция вышла замуж и посвятила себя семье, у нее было пятеро детей. Она не стала певицей, несмотря на то, что была определенно талантливым дарованием с сильным и необычным голосом, таким же, как у вас Виктория, с четырьмя октавами. Констанция не реализовала себя на сцене. У Шопена было кольцо с топазом, подаренное при помолвке Констанции. Когда помолвка была разорвана, Констанция вернула кольцо Шопену. В память о своей самой сильной первой любви Фредерик носил кольцо на безымянном пальце своей руки, и не расставался с ним до самой смерти.
Вика молчала, погрузившись полностью в свои мысли. Этот мужчина многое знал о ней и ее родословной.
– А вы, Виктория, вы очень хотите взять реванш и петь на сцене за всех женщин вашего талантливого рода! Признайтесь, ведь это так?
»Людмила Васильевна Гладковская», – мысленно на разные лады произносила Вика, а перед глазами было лицо любимой бабушки.
«Что я делаю, неужели то, что я хочу быть певицей, стоит всего этого безумия?» – Вика неуверенно посмотрела на Максима.
– Ну, же, решайтесь, вы же этого всегда так хотели. Или нет? – Максим слегка прикусил нижнюю губу и посмотрел на Викторию взглядом, полным такого дьявольского соблазна, что девушка ощутила, как почва уходит у нее из-под ног.
«Что же ты за человек такой, Максим Андреевич Климов?» – подумала Вика и поняла, что последние доводы еле живого рассудка все еще пытаются совладать с сильными желаниями.
Она невольно рассматривала четкий контур подбородка мужчины, резко очерченные губы, сложенные сейчас в искушающей улыбке. Его привычка прикусывать нижнюю губу начинала выводить Викторию из себя.
«Интересно, как этот мужчина целуется?» – мелькнула неуместная в этой деловой обстановке, и потому абсурдная для Вики, крамольная мысль.
– Вы сейчас думаете о том же, что и я. Просто боитесь себе в этом признаться, – проговорил Максим, не сводя глаз с пухлых губ Виктории.
– Откуда вы знаете, о чем я думаю? – Вика почувствовала себя полностью раздетой под его обволакивающим и пристальным взглядом.
– Разрешите себе желать то, чего вы так страстно хотите, и ваша жизнь вмиг изменится, – и опять слова этого мужчины прозвучали двусмысленно за счёт взгляда и интонации в его бархатном голосе.
– Хорошо, я согласна с вашими условиями, – еле слышно проговорила Вика.
– Вот и отлично. Вы поможете мне, а я помогу вам. Впереди у нас с вами много дел, Максим самодовольно улыбнулся и продолжил, – вы не пожалеете. На сегодня все, вы можете идти.
Виктория кивнула и вышла, ей хотелось срочно глотнуть свежего воздуха.
Уже знакомый ей Родриго ожидал возле центрального входа, чтобы отвезти девушку домой.
Максим смотрел на выходящую из здания Викторию.
«Если ты и пожалеешь, будет уже слишком поздно», – произнес Максим Андреевич, не сводя глаз с выезжающего серебристого лимузина.
ГЛАВА 15
Вика спускалась по ступенькам загородного особняка и чертыхалась про себя.
Зачем только она надела эти удобные в кавычках туфли на высоченной шпильке и это обтягивающее точеную фигуру черное платье из джерси. Неужели ради своего нового босса?
– Давай-ка будем с собой честными, – Вика попыталась не кривить душой и разобраться с нахлынувшими чувствами, которые обуревали ее сознание и терзали душу.
На последней ступеньке она оступилась и, если бы не Родриго, который вовремя подхватил ее под руку, девушка наверняка упала. Благодарно взглянув на водителя, Виктория подняла голову вверх и увидела в окне силуэт Максима Андреевича. В довершение ко всему он вышел на балкон и постучал двумя сложенными пальцами по запястью, намекая на уходящее драгоценное время. Родриго в ответ проворно открыл двери лимузина и пригласил жестом Викторию в салон.
Только очутившись на заднем сидении, Вика с облегчением выдохнула. На затылке все еще ощущался тяжелый и прилипчивый взгляд ее новоиспеченного жениха.
– Да-а-а, Максим Андреевич, как же вы предусмотрительны, – произнесла Виктория вслух. Она машинально протянула руку к лежащему на заднем сидении журналу со светской хроникой, чтобы отвлечься от крутящихся в голове назойливых мыслей. Перелистывая страницы, Виктория дошла до разворота и увидела во всей красе свое фото с занесенной рукой для пощечины, предназначавшейся Максиму.