В три часа позвонила Нора, велела одеваться, брать деньги и спускаться вниз грабить Москву – у неё было время помочь мне с подарками домой.
И мы отправились грабить Москву.
Конечно, один бы я ничего бы не достал. Я понятия не имел, как всё делается. Мы спускались в какие-то полуподвалы, где нам отвешивали сервелат, сыр и бананы, заходили с чёрных ходов и ожидали всяких нужных людей в подсобках универмагов или просто прямо в подъездах домов. Мы были даже в "Интуристе", где меня, уже прямо в дверях, бросились снимать лихие декольтированные девочки, а потом, уже внутри – симпатичный мальчик с серьгой в ухе и подкрашенными ресницами. Я не успевал отмахиваться и провинциально таращил глаза вокруг.
Но мне нравилась вся эта суета, я всё равно был счастлив. День был солнечный, отовсюду капало, блестел асфальт. Я не ожидал, что весенняя Москва может быть так необыкновенно хороша. Голубело высокое небо, в воздухе стоял запах мимозы, фиалок, свежей зелени…
К концу вояжа я был замучен и обвешан покупками.
- Как ты это повезёшь? – с сомнением сказала Нора, оглядывая дома результаты похода. - Куклу и туфельки можно, наверное, засунуть и без коробок…
- Нет, что ты, там именно коробки важны, - возразил я, с наслаждением глотая пиво из бутылки, которую мы с Норой передавали друг другу. - Их обклеивают фантиками и делают кукольные дома. Спасибо тебе, я бы без тебя не смог, - искренне сказал я.
- Вот, если бы твоя королева не вцеплялась бы в тебя, как терьер, я бы научила тебя жить в столице, - сказала Нора. – И у тебя бы получилось. Возьмёшь ещё у меня духов для дам и коньяк дядьке. И твоей принцессе тоже духи подберём.
- Слушай, ты и так уже… не надо, не буду уж тебя-то грабить…
- Перестань. У меня этого добра навалом. Я получаю зарплату духами, коньяками и шоколадом. Это у меня сейчас мёртвый сезон. А через пару недель как закрутится, как заведётся… - Нора повертела в воздухе указательным пальцем и встала. – Вот, посмотри, плиз, что тут творится…
Она вынула из шкафа большую низкую коробку, водрузила на диван и открыла передо мной. Я присвистнул.
- Вот это за пять лет, - сказала Нора, перебирая рукой красивые душистые коробочки. - Что-то раздаю – новое появляется… - Она отхлебнула из бутылки и передала мне. – Допивай. Сейчас найдём для принцессы. Она у тебя любит цитрусовое, я заметила, да?
- Н-не знаю, - неуверенно пролепетал я. – Я ей подарил «Пани Валевскую».
- Потому что пани? – улыбнулась Нора.
Я кивнул.
- Красиво вышло, молодец, - похвалила Нора. – Но сейчас мы ей найдём цитрус. Так… "Мажи нуар", конечно не отдам, это мой аромат, пусть лежит на чёрный день, а остальной иконостас – хоть весь забери. Что тут у нас… О, возьми своей матери «Клима», она блондинка, ей пойдёт. А твоей принцессе вот – "Турбуленс". Её духи. Прямо вот её. И название, и запах.
- Название странное, - сказал я беря коробочку и нюхая. – Какое-то техническое.
- Турбулентность? Да это же как раз она. Завихрение. Вихрь.
- Завихрение… Да, пожалуй… - я улыбнулся.
- Тётке ещё возьми, она будет счастлива.
- Мне кажется, тётка вообще не душится.
- Это тебе так кажется. Вот, "Пуазон". Как раз к её возрасту...