У меня от сердца отлегло. И даже голова перестала болеть.
- Привет, - сказала Нора, входя и подозрительно оглядывая меня с головы до ног. – Помешала? – она поставила на пол рядом с вешалкой большой яркий пакет.
- Почему это помешала? – пробормотал я, бодро пожимая плечами и стараясь загородить спиной дверь в спальню.
- Потому что трусы наизнанку, - спокойно сказала Нора, легко отодвинула меня с дороги и, не раздеваясь, прошла в спальню. Секунду постояла на пороге, потом подошла к кровати и спокойно стянула одеяло. Я сморщился, отвернулся и уставился в потолок. А потом вообще закрыл глаза.
- С добрым утром, - сказала за моей спиной Нора совершенно спокойно, и что-то там зашелестело неуверенно.
- Быстро глаза продрала, быстро встала, оделась и умелась домой. Две минуты на всё. Понятно? – отчётливо распорядилась Нора, вернулась ко мне, скинула с себя пальто и выразительно швырнула его мне прямо в морду.
Я послушно повесил пальто на вешалку, прислушался. В спальне возились. Из кухни приятно потянуло медовым дымком. Мельком я глянул на себя в зеркало. Ну и видок… впрочем, все девочки сказали, что мне идут длинные волосы.
- Сумку принеси! – крикнула Нора из кухни. – Кофе хочу. А у тебя даже и вода есть. Что значит, новая жизнь…
Я хмуро принёс пакет, Нора вытащила из него коробку кофе и пачку печенья.
По коридору зашлёпало, и моя незнакомка вполне самоуверенно появилась на пороге. Тоже встрёпанная и заспанная. Хорошенькая, рыженькая, с пухлыми губками. Откуда она взялась, чёрт, из бара, что ли?..
- Это жена? – невинно спросила девица, кивая на Нору.
- Это мама, - не моргнув глазом, ответила Нора.
- А кофе с вами можно попить? - лучезарно улыбнулась девушка, с интересом оглянув стол.
- Ты плохо слышишь? – любезно осведомилась Нора. - Две минуты уже истекли.
- Фу, как негостеприимно и несовременно, - не испугалась девица. – А могли бы и на троих договориться, - кинула она небрежно через плечо, исчезая в прихожей.
Я всё-таки не вынес, вышел к дверям, подал куртку, сознавая, что в трусах, надетых наизнанку, этот жест выглядит карикатурно. Однако, девушку, похоже, всё устраивало.
- А ты милый, - сообщила она, надевая ботиночки. – Мне всё понравилось. А жена у тебя редкая собственница, как ты только с ней живёшь, - посетовала она на прощанье из дверей.
Я постоял в коридоре, приходя в себя. День начинался нескучно, но одной своей частью я всё ещё был там, среди голых полей, настигаемый звуками погони. Что-то самое главное мне сейчас снилось, что-то важное, и досмотреть мне не дали это важное… Эх, чёрт, ну, никакой личной жизни…
В ванной я наскоро вылил на себя полведра холодной воды и кое-как причесался. Натянул джинсы, футболку и явился в кухню на расправу. Уже был готов кофе, и Нора разливала.
Я забрал кружку и встал перед окном, глядя на горы в тумане.
- Ну, говори, - сказал я сердито. – Чего молчишь? Ты же не просто так прилетела. Ты же привезла мне всякие слова. От всех. Цитируй уже. Я тебя внимательно слушаю.
- Ты же перестал отвечать на звонки, - сказала Нора миролюбиво.
- А я никому и не обещал, что буду отвечать на звонки, - огрызнулся я нелюбезно.
- Ладно, не рычи, - сказала Нора. – Тебя ждут двадцатого на работу.
- Положим, - кивнул я. - Что ещё сказала Вики?
- Ещё Вики сказала, что ты переспал с ней в женский день, как с проституткой.
- Чего? – я всем телом повернулся от окна. – Что ещё за бред?
- Почему бред?
- Потому что она так никогда не скажет. Вот Элеонора Исаева скажет. У Элеоноры Исаевой язык, как помело.
Я допил кофе, закурил и опять отвернулся к окну.
- Это всё? – с досадой спросил я, помолчав.
- Нет, не всё. Я видела твою принцессу. Мы с ней разговаривали целый вечер.
- Что она сказала? Только без дурацких своих домыслов.
- Она сказала, что, если тебе на всех наплевать, можешь к ней больше не приходить. Ну, примерно так.
Я курил и молча смотрел вдаль. День обещался быть влажным, хмарым – такая погода часто бывает у нас весной. Но это была уже настоящая весна.
- Значит, Вероника оскорблена, - сказал я, глядя в окно.
- Да ничего она не оскорблена, - возразила за моей спиной Нора. – Наоборот, она рада, что ты улетел.
- Рада? – я опять повернулся к ней.
- Ну да. Она сказала: очень хорошо, что он побудет дома. Отдохнёт там, встретится с друзьями, напьянствуется, натрахается.
- Последнее слово опять твоё собственное, - ядовито заметил я.
- Ну, так это же правда, - спокойно парировала Нора.
Я промолчал. Я всё ещё чувствовал досаду. Из-за того, что меня застали в такой момент. Из-за того, что Вероника обсуждала тот случай. Я не ожидал. Хотя… женщины… Она женщина. Наверное, ей тоже надо делиться. Наверное, я всё-таки, плохо знаю женщин...
- Ты врёшь, - сказал я. - Да я был пьян тогда, но она… она вполне могла меня оттолкнуть.
- Она тебя просто пожалела.
- Ах пожалела…
Я молча докурил и погасил сигарету.
- Зашибись, - сказал я. – Отлично у вас устроено. Сначала одна меня жалеет, потом другая жалеет, а потом оказывается, я переспал с ними, как с проститутками. Знаете что, а пошли бы вы все…