КНЯЗЬ
Вот он дом. Синий прямоугольничек на стене ударил в глаза белыми буквами: Стрелецкая, 1. Дом очень похож на мой. И двери подъезда похожи, и ступени. Мне на миг показалось, что дверь так же, как у нас, не захлопнется, а будет мотаться туда-сюда – но дверь вполне удобно распахнулась, а потом аккуратно прикрылась. Цвет стен в подъезде другой, у меня зелёный облупленный, а здесь – светло-бежевый. А вот надписи на стенах, по-моему, те же самые… Да и авторы, видимо, те же.
А вот этаж не совпал: у меня четвёртый, у неё третий. А сердце колотится так, словно не третий, а двадцать третий…
Усилием воли подавляю волнение перед дверью. Как Вероника учила: все клеточки, все позвоночки расслабить. И все силы, всё внимание направить на контроль дыхания.
Помогало. И сейчас помогло.
Почти недрогнувшей рукой я звоню в квартиру 14. И думаю: за эту ручку бралась она. А если сейчас она откроет дверь? Откроет, увидит и… захлопнет дверь. Но только почему, почему? Потому что гордая? Я на секунду представил её серые глаза под стрелками бровей. Ну, да, да, я был дурак, напился, куражился. Но у нас же столько всего было, пока мы были вместе. Она не может это забыть. Невозможно от этого отвернуться, невозможно…
Дверь распахнулась, передо мной стоял невысокого роста мужчина. Было видно, что он недавно пришёл – в одной руке он ещё держал шарф. Отец. И это сразу понятно. Пани – папина дочка. Даже наклон головы такой же.
- Здравствуйте, мне нужна Вероника.
- Увы, её нет – он разводит руками. - Она в Москве.
Он смотрит с доброжелательным интересом. У меня прибавляется уверенности.
- Но она… она же приезжает домой?
- Приезжает на выходные, конечно, - он кивает. - Завтра ждём.
- Мне очень нужен её телефон, - говорю я самое главное.
- Телефон… - он на секунду задумывается. - А это не вы нам звонили в прошлом месяце? Голос мне ваш знаком.
- Я звонил.
Волнение моё почти проходит. Мне всегда спокойнее иметь дело с мужчинами. А папа смотрит понимающе.
- Так и не нашёл телефон? – сочувственно сощуривается он.
- Нет, не нашёл, - я даже улыбаюсь, и даже почти непринуждённо.
- Такое дело, - говорит папа вполне располагающе. – Дочка в Москве уже месяц. С жильём сложности были поначалу, у брата она жила, у подруг ночевала. Недавно устроилась. Но связи нет пока.
Тон у него из официального превращается в совсем уже доверительный. Может, я ему всё-таки понравился?
- Но как же мне её найти? Разве она не в общежитии? Я думал, что она там в общежитии устроена.
- Не могу ничего точно сказать, - мужчина обратил внимание, наконец, на шарф в своей руке, повесил его на вешалку и снова обернулся ко мне. - Вроде бы, уже и в общежитии. Но… говорила, что не дозвонишься туда, - он опять развёл руками. - Это вам к жене надо, она больше в курсе. Женщины, они всегда лучше про всякие детали знают. Есть время подождать? Она сейчас звонила, – он машинально кивнул куда-то назад, и там, за его спиной, я заметил на тумбочке телефон. - Она скоро будет. Да ты проходи, - совсем уже располагающе пригласил он, - чего мы стоим тут в дверях. Заходи, сейчас жена придёт, поужинаем вместе, она всё расскажет, все подробности.