Я вышел на балкон, закурил. И вот теперь вдруг почувствовал разницу в погоде. Нет, я ошибался, и тут чувствовалась весна. Она ощущалась - лёгкостью, особенной влажностью, особенным лёгким вдохновенным ветром. Я почувствовал эту лёгкость и высоту, и моя мимолётная грусть отлетела уступая место чему-то большому и значительному.
А, может, и правда, Москва такова – нет в ней места сантиментам, чувствам, романтике? Может, большие города так устроены? Они меняет людей, и мы другие теперь?
И сейчас мне это, чёрт возьми, нравилось.
Внизу, подо мной, неумолчно гудел и нёсся вперёд, словно морская волна, бесконечный поток машин.
Рип каррент, подумал я. Возвращающее течение. И вот я вернулся. И пусть всё будет, как будет.
* * *
Из ненаписанного письма пани.
Мой князь!
Или ты уже не мой? Ничего я опять не знаю. Знаю только, что коловращение московской жизни размалывает, словно тракторными гусеницами, нашу хрупкую связь.
И нет больше того, что было летом. И нет того, что было зимой.
Может, и правда, большие города меняют людей, и мы другие теперь?
Как ты думаешь?
Я так ждала тебя. Так была счастлива, когда мы нашлись. Я мечтала увидеть тебя на московских улицах – мне казалось, мы будем по-новому близки. А вышло… мы оказались другими друг для друга.
Мне кажется, это просто потому, что нам негде по-человечески обняться. Мы не можем почувствовать друг друга так тесно, как было у тебя, в твоей квартире. Москва – это очень много глаз...
И что нам теперь делать?
Нам надо увидеться, побыть вдвоём. Вспомнить себя настоящих...
Я хочу опять к тебе, в твою квартиру, из которой видны горы, в этот наш дом, где мы умели ссориться и мириться сами, где мы умудрялись быть счастливыми…
Я хотела тебе написать письмо – и уже придумала его. Я ведь всё время тебе пишу письма – мысленно сочиняю. И вот я сочиняла-сочиняла, сочиняла-сочиняла, а потом мне не понравилось – и я всё мысленно почеркала.
А потом вообще порвала. Тоже мысленно.
Может, и правда, большие города меняют людей, и мы другие теперь?
Глупо всё. Так много я хотела тебе рассказать и так мало рассказала…
А помнишь, в том пустом номере, где мы ночевали, был журнал? Ты ещё чертил на нём схему своих временных уровней. У нас этот журнал ходил по рукам, мы все читали. Так вот, там есть рассказ «Цветок, похожий на звезду». Такой… фантастический, странный. И я хотела тебе рассказать, как героиня похожа на меня. И, если бы ты его прочёл - ты, может быть, меня понял бы.
Но ничего я тебе опять не рассказала, ничего опять не успела, как и многого другого не успела сделать для тебя...
Я устала.
Я просто хочу, чтобы этот большой город перестал нас мучить.
Твоя пани.
Ч.3. 2
ПАНИ
...я ведь всё время тебе пишу письма – мысленно сочиняю.
А помнишь журнал в том пустом номере, на полке? Ты ещё чертил на нём схему своих временных уровней. У нас этот журнал ходил по рукам, мы все читали. Так вот, там есть рассказ «Цветок, похожий на звезду»...
- Ну, и о чём ты там думаешь? Голову на отсечение, что не о статье!
Я вздрогнула, уставилась сначала на Татку, вопросительно глядящую на меня из-за своего пулемёта, потом на лист бумаги перед собой, на котором было написано моей рукой несколько строк. Я даже не сразу сообразила, что это за лист – так далеко улетела в своих мыслях.
- Татка, - медленно произнесла я. - Ты помнишь «Цветок, похожий на звезду?»
- Ну, помню, - Татка недоумённо вздела на меня глаза из-под взбитой чёлки. Пулемёт её примолк.
- Почему героиня не пошла за любовью? Она же могла уйти с любимым?
- Н-ну… - Татка призадумалась. – Потому, что это мечта, - сказала она рассудительно. - Его же не было на самом деле на свете. Ей же это всё приснилось.
- Нет, не приснилось! – горячо возразила я. – Там же написано: она всю ночь просидела в кухне на табуретке.
- А что, кухня с табуреткой не может присниться?
- Хорошо. Пусть приснилось. Но почему она не ушла с любимым хотя бы во сне?
- Дура потому что, - немедленно ответствовала Татка в своей манере. – Я бы ушла. Если бы увидела, что это мой человек.
- И бросила бы всё? Дом, город, друзей, подруг?
- Ой, подумаешь… - она отмахнулась. - Я свой дом давно уже бросила и в городе сто лет не была. А друзьям можно позвонить, написать. Конечно, ушла бы.
- Одна моя подруга с работы встречалась с курсантом, - я задумалась, вспоминая. - Они поженились. А потом его послали на Дальний Восток. И она с ним не поехала. Не смогла бросить свою жизнь. Маму, свой дом. Так они и развелись.
- Она его просто не любила, - Татка пожала плечами. – Если бы любила – уехала.
- А если бы у тебя была перспектива на работе?
- Слушай, какая у нас тут перспектива? Я тебя умоляю. Бумажки перекладывать?
- А если бы научная работа, твоя кровная? Если бы хорошая должность на кафедре? Ушла бы?
- Ушла бы всё равно, - не сдалась Татка. - Провались оно всё, личное счастье дороже.
- А если оно рухнет?
- Кто?
- Личное счастье?
- С чего бы это ему рухнуть?
- Ну, вдруг он тебе изменил бы?
- С чего бы это ему мне изменять?
- Ну, мало ли. Изменяют же мужчины. Нашёл бы в какой-то женщине то, чего в тебе нет.
- Например, чего? - Татка вздела брови.
- Ну... - я задумалась. - Ты живая, весёлая. А он бы скучал по тихоне.
- А если он скучает по тихоне, за каким лядом он ко мне притесался?
- Ну, вот он увлёкся тобой. А потом начал по тихоне скучать.
- Ну, чтобы женатый мужчина начал скучать по тихоне, надо с утра до вечера быть мегерой. У меня не получится.
- Ну, ты же не идеальная.
- Ну, он же тоже не идеальный.
- Ну, хорошо. А если ты влюбишься вдруг.
- И что? Ну, влюблюсь, буду влюблённая ещё раз. Что такого? При чём тут кафедра?
- При том, что семейное счастье не стабильно.
- Ой, можно подумать, наша кафедра стабильна. Ты посмотри, что творится. Я замучилась документацию перепечатывать... Я не поняла... - Татка оглянулась на меня. - Ты что, не ушла бы за любовью? А-а, так ты думаешь насчёт Крыма, - догадливо протянула она. – Конечно, вам надо вдвоём туда! И думать нечего! Там же море! А я к тебе будут приезжать, купаться, фрукты трескать. Вот здорово будет! Подцеплю какого-нибудь морячка, - мечтательно завела она глаза, - он мне шмотки из-за кордона будет возить…
- Ты ничего не поняла, - вздохнула я с досадой. – Я тебе про рассказ…
- А я тебе, - настойчиво перебила Татка, - про твою личную жизнь. Прилетел твой князь?
- Не знаю.
- Ну так узнай! Позвони!
- Не буду, - мрачно сказала я.
- Ну и дура, - повторила Татка с чувством. – Ладно бы не любила. Но ведь влюблена по уши. Женитесь уже, пока его не увели. Уезжайте. Море, горы, жильё есть. Вот чего ещё тебе нужно?
- И куда я там? Что я там?
- А куда ты тут? Для одиноких, конечно, есть смысл цепляться за Москву. С перспективой обзавестись семьёй. Но если у вас любовь – да провались она, эта Москва и этот институт. Тем более, Крым. Ты сама подумай: там древности на каждом шагу! Дольмены, курганы, пещеры, архивы уникальные… Тебя со столичным образованием в любой музей с руками оторвут!