Ч. 3. 3
К Олегу я пришла уже в конце рабочего дня, набегавшись по Москве, уставшая и промокшая. Я словно специально наматывала круги, игнорируя метро и прочий городской транспорт. Хотелось идти, долго и трудно, торопливо и одержимо – чтобы заглушить волнение.
А в «голубятне» у Олега было уютно, на столе, заваленном бумагами, ютился стакан чая, и я вдруг успокоилась. Во время своих походов мне посчастливилось ухватить пирожки с картошкой, и сейчас я радостно их извлекла из сумочки, остывшие и помятые, но всё ещё аппетитные.
Олег улыбнулся и включил чайник. Чайник, как я знала, мама ему купила, зная способность своего сына находиться выше мирских забот. Сахаром нашего высоконаучного друга снабжали мы с Таткой, без нас он бы пил несладкий. Впрочем, мне всегда казалось, что он и не осознает, сладкий там у него чай или нет.
- Есть новости? – он улыбнулся застенчиво.
- Сейчас всё расскажу!
Я стащила сырые сапоги, сунула их под трубу, ноги положила на батарею и ощутила блаженство. Вот почему я так старательно страдала. Чтобы почувствовать счастье. И наш Олежек здесь – необходимое звено. Друг, который ни о чём не беспокоится, потому что выше всех тревог.
- В общем, так, - начала я, благодарно принимая от него чашку с чаем. - Саладин, как ты помнишь, пообещал в обмен на Иерусалим сохранить всем его жителям жизнь.
Олег кивнул. Это был исторический факт, и он не мог с этим не согласиться. Дальше шла моя собственная дикая, ненаучная версия, и мне было интересно, что он скажет.
- И в качестве знака своей благородной воли вручил освобождённым особый предмет.
- Кольцо? – тихо улыбнулся Олег.
- Ты считаешь, это невозможно?
- Ну, почему? В этом жесте есть что-то восточное, - сказал Олег невозмутимо. - Хотя логичнее предположить, что он вручил кольцо Ричарду Львиное сердце. Всё-таки, там были политические отношения, важные переговоры. Даже чуть ли не дружба.
- Так, может, он и Ричарду что-то вручал, - горячо возразила я. – Мало ли у Саладина колец.
- А это точно было кольцо? – Олег искоса взглянул меня. Он всегда смотрит искоса и тут же прячет глаза. Стесняется.
- В том-то и дело, что не точно. В литературе фигурирует камень. Причём, условно как-то. Больше похоже на художественный образ.
- Дай мне потом почитать контекст, - мягко попросил Олег. - Может быть, мы просто неправильно читаем этот художественный образ. Может быть, неточный перевод. Надо подумать, что там имеется в виду.
- Мы с Таткой подумали! – я всем телом повернулась к Олегу. – Что такое кольцо? Это, в принципе, камень в оправе. Оправа – просто способ держать его на пальце. Значит, о нём можно говорить «камень».
Олег согласно кивнул. Он вообще предпочитает соглашаться там, где можно не говорить. А мне лучше говорить – я так лучше думаю.
- Ты только представь эту толпу, точнее, вереницу людей, бесконечно выходящую двумя шеренгами из ворот города. Рыцари, слуги, женщины, дети… И все они для мусульман – враги. Которых надо уничтожить. Кто-то мог жаждать их растерзать. Поэтому нужны были доказательства их неприкосновенности. Я не знаю, кому он вручил этот знак. Допустим, принцессе Сибилле. И, может быть, принцесса надела его и поднимала руку в нужные моменты. Ну, как вариант.