Я положил трубку и немного посидел в пустом кабинете, переваривая информацию и автоматически улыбаясь, вспоминая Таткины возгласы. Всегда любил таких ажиотажных девчонок, они, как правило, хорошие подруги, в любой момент готовы на всякие безумства и совершенно не умеют врать.
Эх, сейчас бы покурить где-нибудь в одиночестве, подумать, посмотреть ещё раз на своё «Древо», которое я так и носил с собой в нагрудном кармане… Но увы. Уединяться и задумываться тут некогда. А на курение моё на рабочем месте смотрят крайне косо. «Накуришься – а потом пойдёшь с девочками танго танцевать?" – безапелляционно высказалась Вероника. – "Да они сами, как паровозы, дымят," - огрызнулся было я, но меня не услышали.
Ладно. Права она – я должен быть примером, раз уж вхожу в команду руководителей проекта. Я встал, переоделся в танцевальные брюки и туфли. Пока я гулял в Крыму, Вероника перевезла моё концертное барахло сюда и развесила в шкафу, теперь у меня тут полный порядок, и Нора больше не гудит, что ей в своём доме невозможно найти собственные трусы.
Я причесался перед большим зеркалом, которое повесили в кабинете тоже по настоянию Вероники. Я смутно подозревал, что и зеркало повешено в воспитательных целях – поскольку Вероника прекрасно осведомлена о моей любви явиться на люди в чём бог послал. Воспитание на каждом шагу. А патлы уже прилично отросли. Скоро будем косы заплетать. Но девочкам нравится, а девочки у нас решают всё. Потому что девочек вокруг меня вечно больше, чем надо бы…
Я в последний раз оглядел себя со всех сторон – Вероника требует безупречности.
К пацанам тебе надо, дамский любимчик, - сказал я своему отражению. – В суровую, спартанскую, мужскую обстановку. К крутым парням, курящим, пьющим и матерящимся от души. Вот это точно была бы польза. А пока - шагай и танцуй...
Я отдал себе честь и вышел из кабинета.
И чуть не споткнулся на ровном месте от прекрасного видения.
Дива шла мне навстречу по коридору, осиянная ореолом солнечной дымки из окон. Тонко, воздушно себя несла, победно, сияюще улыбалась, и волосы светились над головой словно перламутровый нимб. Сегодня поверх чёрного трико на ней была прозрачная туника - до колен с одной стороны и почти до щиколоток с другой – туника колыхалась, светилась на солнце, сквозь тонкий шифон сквозили стройные напружиненные ноги.
Я вздохнул насупленно и сунул руки в карманы. Ну, вот такая у тебя тут жизнь, парень.
Подойдя, девушка не переставая сиять улыбкой, подняла руку и легко и задорно стукнула меня по плечу.
- Доброе утро, мой партнёр! - произнесла она картинно подняв брови.
- Гуд монинг, - буркнул я не очень приветливо.
На миг меня окатила волна тёплого, волнующего воздуха с тонким медовым запахом липы.
Не переставая улыбаться, девушка прошла мимо.
Я не выдержал повернулся вокруг себя и посмотрел, как она идёт. Она не обернулась, но видно было: знает, что я смотрю ей вслед.
Стройная победоносная спина, твёрдые ягодицы, гибкие, певучие линии рук… Туника цвета шампанского в последний раз колыхнулась на углу – и видение пропало.
А я постоял, раскачиваясь в своих танцевальных туфлях с пятки на носок и усиленно хмурясь… Мои суровые рабочие будни. Держись, Чеслав Радивилов.