У неё всё объяснялось просто и правдоподобно. Я шумно вдохнул носом, мне действительно стало полегче. Может, и от коньяка. Чёрт его знает…
- Хорошо, ладно, - согласился я, закуривая. – Но кепка?
- Вот кепка – это интересно, - кивнула Нора, принимаясь вновь разливать коньяк. – Если тебе ничего не померещилось со страху. Вот за кепку надо подумать. Ходили девчонки в музей?
- Ходили. Нет там кольца.
- Нет? – Нора живо повернулась ко мне.
- Нет. Кремль забрал.
Некоторое время Нора смотрела на меня, подняв бровь, потом молча затянулась.
- Круто, - обронила она. - Алмазный фонд забрал?
- Вроде, да.
- Значит, на экспертизу специалистам, - она помолчала. – Я могу попробовать разузнать по своим каналам. У меня в Алмазном свои люди.
- К ним там выходил какой-то шкаф с глазами, - вспомнил я. - Буровил невнятное, как я понял.
- Ну, а то, - хмыкнула Нора. – Место-то какое. Все многоуровневые чиновничьи бастионы стойко стоят на страже государственных ценностей, принадлежащих исключительно народу. Это тебе не галерея «Шон», - она стряхнула пепел и посмотрела на меня. - Кстати, не забудь завтра забрать кольцо.
* * *
Я всё-таки купил для Норы эти зелёные камешки.
Вторник у меня выдался особенный, практически свободный, Вероника поехала по делам, партнёрша моя повезла своих спортивных детей на соревнования, и я, страшно раздосадованный, что пани опять занята и моё редкое свободное время проходит зря, решил колесить по Москве. Проверять, как я запоминаю город. И, может быть, немножко мечтать.