Странная вещь: в обоих случаях я не помнил, как очутился на месте, где меня нашли. То есть, провал в памяти начинается не здесь. Я словно исчезаю в одном месте, а потом появляюсь в другом. Но это решительно невозможно и противоречит всем законам физики. Собственно, сегодня я готов был уже поверить Норе, всем её объяснениям. Они были простыми, понятными и успокаивающими.
Если бы не этот двор. Если бы не этот дом.
Да, вот она, пожалуй истинная причина, почему меня сейчас понесло сюда. Мне очень хотелось поверить Норе. Очень. А дом мешал это сделать.
Я внимательно оглядел место, где в прошлый раз меня нашли две тётки. Они утверждали, что, когда они проходили мимо, двор был пуст. То есть, меня на этом месте не было. Значит, я появился за то время, пока они были в подъезде. Сколько времени нужно, чтобы две пожилые женщины вошли в дом, забрали на первом этаже почту и пошли обратно. От пяти до десяти минут с учётом покалякать возле ящиков.
А я вот сейчас возьму и засеку, - подумал я не без мстительности. - Следственный эксперимент по всем правилам.
Я отошёл обратно к воротам, посмотрел на часы и двинулся через двор, стараясь сохранять неторопливый прогулочный шаг.
Итак, они идут – меня пока во дворе нет. Вот так они проходят двор, вот так приближаются к дому, поднимаются по стареньким каменным ступеням, открывают дверь…
Я протянул руку, чтобы открыть дверь, но не успел даже схватиться за ручку – за дверью послышалось движение и шаги: кто-то собирался выйти наружу.
Я отдернул руку и инстинктивно посторонился. Дверь распахнулась.
Передо мной стояла Вероника.
Ч.3. 35
Мне показалось, что я сошёл с ума.
А что я ещё мог почувствовать в свете событий моей жизни в последние месяцы?
Тошнотненький, вязкенький страх молниеносно сдавил желудок, потом голову. Я автоматически оглянулся, словно призывая в свидетели окружающий мир.
Окружающий мир был на месте – двор, соседние дома – всё было незыблемым. Захотелось как-то совместиться с этой незыблемостью, хотя бы просто прислониться к стене.
Но я не успел и шага шагнуть в сторону - за спиной Вероники раздались лёгкие торопливые шаги по ступенькам, и на крыльце возникла стройная блондинка, озабоченная и в незастёгнутом пальто.
Теперь нас было трое. Обе девушки смотрели на меня с любопытством.
- Леночка, - наконец, сказала Вероника, не сводя с меня глаз. - Ты, наверное, можешь вернуться к бабушке. Кажется, у меня теперь есть провожатый.
- Точно? - с недоверием спросила блондинка. Судя по её взгляду, как провожатый я внушал ей мало доверия.
- Доберётесь сами? - уточнила она. - Ну, смотрите. Но если что - я здесь.
Она кивнула Веронике и исчезла, оставив у меня смутное чувство знакомого лица. Именно смутное. Потому что отчётливо думать решительно не было сил.
Я всё-таки отошёл к стенке и прислонился к ней. Вероника так и не двинулась с места.
- Что ты здесь делаешь? - спросила она, помолчав.
Я поднял голову.
- А ты?
- Я, вообще-то, работаю. Тебе Марина сказала, что я здесь?
Я не нашёлся, что ответить. Всё оказывалось сложнее, но возможно проще.
Вероника сошла с крыльца, подошла ближе и вгляделась в меня.
- Ты что - следишь за мной?
Стенка, как ни странно, на самом деле привела меня в чувство. А может, слово "работаю". А может, всё вместе. Дурацкий страх прошёл, я потёр лицо ладонями и хорошенько взлохматил волосы. Стало ещё лучше.
- Конечно, я слежу за вами, леди, - сказал я почти сердито. - И сдаю отчёты в ЦРУ.
Вероника опять помолчала, потом посмотрела на часы и решительно взяла меня под руку.
- Пойдём-ка... Я так понимаю, ты знаешь дорогу к метро.
- А я так понимаю, леди, вы прилетели сюда на метле, - всё ещё сердито сказал я.
- Чес, не бузи, - примирительно сказала Вероника. - Мне, конечно, приятно, что ты обо мне беспокоишься, но это совершенно ни к чему. Всё хорошо со мной. Ты, наверное, приехал во Дворец, увидел, что меня нет, - продолжала она. - Да плюс тебе наговорили ещё, наверное, всякого... уж не знаю чего... Я, правда, здесь впервые и не знаю дороги.
Я благоразумно промолчал и на этот раз. Вероника считает, будто я приехал сюда из-за неё. Ладно, и пусть считает.
- Просто всё сложилось неожиданно. Помнишь Силезину? Она сразу посоветовала мне обращаться к Софье Головкиной, известной балерине Большого театра.*** Софья Николаевна сейчас, несмотря на преклонный возраст - директор Московского хореографического училища. Я заочно с ней была знакома, представь себе. По её инициативе в Америке открылась летняя балетная школа - прямо вот недавно, в прошлом году. И я очень хотела с ней лично познакомиться. И вот, наконец сегодня она любезно согласилась встретиться со мной. - Вероника посмотрела на меня. - Чес, у меня много разъездов по организации, не всё же я могу решать из нашего кабинета.
- Понял, - сказал я, окончательно почувствовав твёрдую почву. - Но всё-таки мне бы хотелось быть больше информированным. Я понимаю, ты делаешь свои великие дела, а я мелкая сошка в этой махине, но раз мы живём под одной крышей...
- Ну, хорошо, - мягко сказала Вероника, сжимая мой локоть. - Я согласна, ты прав. Я постараюсь держать тебе в курсе. А сейчас мы едем во Дворец и до вечера работаем. Ты обедал?
- Представь себе, да.
- Отлично. Значит, всё хорошо. Очень даже хорошо, что мы встретились.