В общем, уснул я, кое-как умащенный Норой, а с утра моё сердце грела мысль, что вечером пани придёт танцевать. И тут уже плевать мне будет на все четыре стены и на все сверхурочные репетиции – она будет со мной. Будет на меня смотреть, я буду на неё смотреть и, может быть – с ней танцевать. Ради этого можно было потерпеть все измывательства над моей свободолюбивой натурой.
Однако никаких особенных измывательств до обеда не приключилось. Вероника словно бы забыла обо мне, а, может, сделала вид, что забыла, а, может, просто в очередной раз пожалела, во всяком случае, она безвылазно работала в кабинете.
Я без приключений и даже воодушевлённо отвел свои кровные два часа – полтора на занятия, полчаса на трепотню и сдал вахту Валере. Сбегал в душ и теперь, сидя на подоконнике со своим гадостным коктейлем, почти отдыхал.
Почти – потому что поминутно смотрел на часы: должна была вот-вот появиться Синтия, а с ней, с моей прекрасной партнёршей, было не расслабиться. Ни на паркете, ни на сцене, ни просто в общении. И это всегда слегка отравляло мне репетиции.
На моё категорическое – как мне казалось – заявление о том, что у меня есть невеста, она только руками развела, дурашливо закатив глаза. Весь её вид говорил: а чего ещё можно ожидать от такого провинциального лоха, ну, невеста, подумаешь, да ради бога, хоть сто невест – примерно такой у неё был вид. Помнится, я разозлился на себя ещё больше. Вместо решительного мужского отказа вышел балаган.
Но, видимо, всё-таки, эти слова возымели действие, она бросила свои поминутные попытки соблазнить меня и даже задирать стала меньше. Может быть, чувствовала серьёзность грядущих планов. В отличие от меня.
Короче, всё моё рабочее окружение в последние дни приносило кучу негатива. Но сегодняшний день был особый, и сейчас я с удовольствием смотрел на работу Валеры, откровенно любуясь его лёгкостью и пластикой и немного завидуя его мастерству.
Конечно, если подходить строго, Вероника права. У нас работали профессионалы высокого уровня. И Марнауз, которого мои девочки за глаза звали Оттовичем и до смерти боялись, и Валера, которого они обожали почти как меня, пришли сюда с серьёзным образованием, и на их фоне я иногда ощущал себя случайным самозванцем.
Вероника, возможно, чувствуя это, уже не раз заводила разговор о том, как мне необходимо учиться по специальности. Я отшучивался, уверяя, что у меня и так лучший в мире учитель, но было видно, что она не разделяет моего легкомыслия. И я не без оснований подозревал, что после того, как шоу будет поставлено, от меня полетят перья. И я уже не отверчусь.
Хотел ли я этого? Сейчас я не знал. Я просто считал часы до вечера.
Валера закончил занятие эффектной фигурой, и девочки захлопали.
Я тоже не выдержал, встал с подоконника и пошёл к нему, не сдерживая восхищения. Он нравился мне. Лёгкий, неунывающий, контактный, безупречно учтивый со всем нашим персоналом старшего возраста и бесспорно талантливый. Я уже издалека выразительно поднимал руку, чтобы дружески хлопнуть ладонью о ладонь. Хлопнул, хотел отнять руку, но не смог – вдруг почувствовал, как он её удержал.
- Может, станцуем? – он заглянул мне в глаза.
- Что? – не сразу поверил я услышанному.
В моей голове мгновенно пронеслось всё, что я знал о танго: что в Аргентине существовала практика чисто мужских пар, что это было что-то вроде подготовки к инициации – первым выходом на милонгу. Наверное, он хотел это показать девочкам… Я смешался. Я никогда не танцевал танго в паре с мужчиной – знал только, что один из мужчин выполняет женские техники. Наверное, это будет Валера, поскольку он профи, да и ростом ниже меня… И сейчас он, наверное, объявит о своей идее…
Но он всё ещё держал мягко мою руку и всё ещё странно смотрел в глаза, и вдруг я всё понял. Я обомлел. Какое-то время я тоже смотрел на него, потом взял себя в руки и почти весело кивнул.
- А надо? - спросил я очень непринуждённо. - Девчатам и так не хватает партнёров мужского пола.
Я кивнул на журчащую у окна стайку - оттуда уже неслись к нам любопытные взгляды - освободил, наконец, свою руку, располагающе протянул её в сторону девушек и, не дожидаясь ответа, отошёл.