Ч4. Последнее воскресенье.1
- Гос-с-поди! Господи! Никогда не думала, что ты такая дура! Ну, как вы могли? - Татка потрясала передо мной ладонями. – Вот как вы могли? Сколько дней?
- Шесть.
- Господи, вы о чем-нибудь думали? Ну, ладно, он, молодой мужик, у него ветер в голове, а ты-то? Ты-то что? Вы что, вообще не предохранялись?
Я тяжело вздохнула. Татка охнула.
- Но почему? Как так можно, я не понимаю? Вам что, пятнадцать лет? Вот, почему? Ты можешь объяснить?!
- Мне не нравится, - помолчав, сказала я.
- А вот это нравится? – с выражением сказала Татка.
Я молчала. После минутного шока у меня были какие-то смутные чувства, какие-то странные незнакомые чувства, словно я заглянула в темный пугающий омут, а там – золотой город. Я пока не могла понять, что происходит во мне, и не могла собраться с мыслями. Татка, побушевав, уселась, наконец, рядом и долго встревоженно молчала.
- Тебе кислого не хочется? – спросила она наконец.
- Нет.
- А солёного?
- Солёного мне хочется всегда.
- А раньше были задержки?
- Слушай, не изображай из себя профессора, - сердито сказала я. - Мне достаточно Милки. Бывали, конечно. После юга, после высокой температуры. Однажды после гриппа целый месяц был пропущен.
- Ну вот! – обрадовалась Татка. - У тебя ж температура была как раз перед этим! Когда папку потеряла и потом искала в метро и промокла, помнишь? Когда мы тебя тут все лечили? Это же может повлиять?
- Может, - сказала я.
- А тебя не тошнит?
- Нет.
- И не тошнило ни разу?
- Нет.
- Ну, может, пронесёт? - сказала Татка, вздыхая и украдкой глядя на меня. - Что ты собираешься делать?
- Ничего, - сказала я.
Минутный шок мой прошёл, я представила себя с ребёнком на руках – и всё улыбнулось во мне. Качнувшаяся под ногами земля решительно встала на место. Я спокойно повернулась к Татке:
– А что ты предлагаешь? К врачу идти?
- Так рано, наверное, - сказала Татка. – Ничего еще не определят.
- Вот именно, - сказала я. – Да и вообще, ничего ещё не произошло. Просто задержка. У тебя что, задержек не было?
- Да, я тебя умоляю, - Татка закатила глаза. - С нашей жизнью, да с нашим питанием, да с нашим весом – странно что мы ещё вообще дышим. Так моя мама говорит, когда я приезжаю.
- Ну и всё, - сказала я спокойно. – Не буду я сейчас думать и хватит об этом. Если что-то произойдёт, ты первая узнаешь. А сейчас у нас куча других дел. Так что переходим ко второму вопросу собрания.
Я спрятала календарик в сумочку, сумочку положила на место и вернулась к Татке совсем другим человеком. А, может быть, даже третьим.
- Представь себе, Астахов подробно осведомлён о моих исследованиях, - начала я. - Более того, у него был такой вид, словно он знает о моей теме больше, чем я. Много больше.
- Вот скотина, - немедленно отозвалась Татка. – Дразнил тебя?
- Да нет. Но я была поражена. Было странно и неприятно.
- Может, блефовал? – предположила Татка.
- Не знаю. Давай подумаем, что это может быть? И нет ли реальной утечки. И если она есть, то через кого. И самое главное – зачем? Зачем? Что такого ценного в перспективе может дать мой доклад? Что от него пошли круги аж по всему институту? Ты знаешь коллектив - и не только наш. Что думаешь?