Ч4.23
Я положил трубку. Дела... Похоже, я уже не позавтракаю, надо срочно срываться и ехать. Если узнает Вероника, мне, конечно, достанется фунт презрения, но надо выяснять, что там стряслось. И уложиться мне надо будет до часу…
Я галопом переоделся и рванулся в коридор. Малая сцена была уже идеально убрана, на паркете было ни соринки. Что значит, занятия ведёт Тина. Вещи на стульях аккуратно сложены, вся уличная обувь выстроена в строгую линеечку. Дисциплина у неё идеальная, не то, что у меня. Тина ведёт здесь аэробику, но её временно перетащили к нам на проект – отлавливать таланты у самых молодых. Ей тридцать восемь, и два года назад она родила третьего. Вообще-то она Алевтина, но считает, что все имена должны быть покороче, а то не дозовёшься.
- Девочки, руку не косите! – неслось над паркетом зычное. – Лена! Анжела! Вы её куда вперёд тянете? Вы милостыню просите? Строго вверх руку! Если рука завалена – вы бедная родственница. Если она правильно вверх идёт, вы – богиня. Вот это можно запомнить? Лена, поди сюда, я твою руку к ушам привяжу, и все посмотрят, как правильно.
Увидев меня, Тина махнула мне, и я отсалютовал в ответ. Чем-то она мне напоминала нашу Валюху – статная, крепко сбитая, со спокойным, твёрдым характером. Ко мне она относилась исключительно по-матерински.
Я аккуратно отозвал её в сторонку и максимально эмоционально, чуть не подпрыгивая от нетерпения, изобразил критический момент.
- Поди, по девочкам собрался? – догадливо заподозрила Тина.
Ну, все тут считают, что у меня девочек воз и маленькая тележка. Я не стал разуверять.
- С семи утра тут околачиваемся, - гнул я свою линии. – Не спавши, не жравши… Все планы кувырком.
- Ладно, иди, задержу твоих красоток, - смилостивилась Тина. - Только не больше, чем на двадцать минут. Мне в ясли.
Уф! Одна проблема решена. Мы сверяем часы - и я мчусь к выходу. Денег на такси у меня сегодня нет. Можно было, конечно, выпросить у Вероники свой завтрашний аванс, но лучше на глаза ей не попадаться. Ничего, погода прекрасная, до метро можно домчать бегом. А там – рядом.
* * *
- Вот как-то так всё и вышло, - Маша в очередной раз вытерла глаза и глубоко, судорожно вздохнула. – Мама сказала: его кабинет на работе опечатали. И мастерскую тоже опечатали… А я думаю – вдруг и у нас опечатают...
- Не может быть, - сказал я. – Это ж частная собственность.
- Это не частная, - всхлипнула опять Маша. – Это у нас ведомственная квартира. Нас вообще отсюда выгнать могут…
Она закрыла лицо платком и замотала головой.
- Да никто вас отсюда не выгонит, - уверенно сказал я. –
Вообще я понятия не имел, какие тут, в столице, и тем более в Кремле, порядки. Но сейчас мне надо было как-то успокоить девушку.
История была мутная. Либо Маша так смутно её представила. По её словам, дед уехал, как всегда, на работу, и там к нему без всякого предупреждения нагрянула какая не то высокая комиссия, не то ответственная проверка. И что-то там быстренько нашли, а, может, уже и пришли с претензиями, тут я не понял. Что-то серьёзное там всплыло – то ли недостача, то ли нарушения, то ли неправильно оформленная документация, в общем, на старого мастера наехали, помещения опечатали, а самого его препроводили домой до выяснения обстоятельств дела.
- Дедушка понурый ходил последние два дня, - шептала удручённо Маша. Задумчивый такой. Конечно, у него там бывали какие-то проблемы. Он же на очень ответственном месте работал. Но в этот раз… Но он же уже не работал. Он только как консультант. Что-то видно серьёзное случилось. Он всё ходил и ходил по дому. И курил. А потом вот это…