ч.4.33
Мы отлично всё порешали с Эдиком. Без лишних слов он предложил переправить мою напарницу к себе в апартаменты, и мы, не мешкая, забрали страдалицу вместе с вещами и на руках домчали до его каптёрки. Пришлось наврать невразумительное: что моя комната необходима для деловой встречи. Но я уже не особенно заботился о правдоподобности, мои сотоварищи и так оказались обоюдно в шоколаде: для Синти прилетела нечаянная радость ознакомиться с Эдиковыми необъятными баулами, Эдику прилетела возможная покупательница и вообще вдохновляющее присутствие молодой особы женского пола.
Главное было провёрнуто успешно. Оставались детали. Поминутно глядя на часы, я молниеносно протёр стол, взбил единственную подушку, поровнее натянул одеяло, оперативно, бегом вынес мусор и расставил нехитрую снедь – всё, что нашлось у Эдика. И плюхнулся на стул в изнеможении. Пани уже запаздывала, а я вдруг почувствовал, что устал. День сегодня был, прямо сказать, чумовой.
Чтобы не мять постель, я вышел в коридор и завалился на кожаный диванчик. Было о чём подумать до прихода моей драгоценной гостьи. Например, решить, стоит ли рассказывать ей о человеке в кепке. Сколько же он мне перепортил крови, скотина… Я закрыл глаза, пытаясь представить его во всех подробностях. За четыре встречи я так и не смог вспомнить его лица.
Да, четыре. Первая на Вернисаже. Вторая – возле лавочки, куда он подошёл прикурить. Третья – здесь, утром, перед входом. И четвёртая – сейчас. Но так и не было у него лица! Словно резинкой стёрли!
Единственно, что было узнаваемым – рост и сложение. Во всех случаях примерно одинаковое. Средний рост, средняя худощавость. Походку его я видел два раза, когда смотрел вслед. Но оба раза был так ошарашен, что в голову не пришло приглядываться к особенностям. Нда…