- Ну, ты не переживай, - журчала трубка, - что делать, такая работа у нас…
- Я понимаю, - коротко сказал я и дал отбой.
ПАНИ.
- Всё, - сказала Татка скорбно, положив трубку
- Молодец, - я кивнула, не поднимая глаз от стола. – Спасибо тебе.
- В следующий раз сама будешь врать, - заметила Татка недовольно.
- У тебе вышло очень натурально, - я не удержалась и вздохнула. Татка с подозрением покосилась на меня.
- Ты уверена, что вот так надо было делать?
- Нет, - сказала я медленно. – Но я не знаю, как ещё.
- Но, может быть, его просто убить? – невинно предложила Татка.
- Понимаешь, если не так, то он примчится выяснять отношения.
- Мне кажется, если бы он примчался, это было бы лучше всего, - заметила Татка.
- И что? Он изменится за одну ночь?
- А он тебе нужен изменённый? Ты ведь его именно таким любишь.
Я молчала. Ситуацию мы с Таткой не то что обсудили, а прямо-таки обмусолили вчера вечером, и я выплакала море слёз. И сейчас сидела опустошённая и чувствовала себя измученной. Да, мы все обсудили. Да, я всё решила и даже написала Татке шпаргалку на листочке. Вчера я считала, что возвращаться к этой теме больше нет смысла, и с этим легла спать. Тем не менее то я, то она возвращались то и дело.
- Я считаю, ты ошибаешься, - сказала Татка непреклонно.
- Может быть. Но я не знаю, что делать. Что бы ты сделала?
- Я бы надавала по морде. Поставила на колени и заставила бы всё объяснять. И пусть бы ползал и объяснял.
- Ну вот он один раз ползал и объяснял, - сказала я, - и обоим нам было плохо. Он напился, разбил ракушку и пропал. Просто исчез вообще из этой жизни. А я чуть не умерла с горя. Во второй раз мы говорили по-людски. Разбирались без театральных жестов. И какой толк? Я осталась при своём мнении, он при своём. Он так и продолжает считать, что девушку вполне можно поцеловать, если она очень попросит. А это значит, что и переспать с девушкой тоже можно запросто, если она очень попросит. Для него тут никаких проблем, всё просто. Как стакан воды выпить.
- Ну, ты уж не утрируй, - сказала Татка не очень уверенно.
- Я как раз не утрирую. Он именно так и считает. Долг мужчины – сделать так, как женщина просит. И ты тут хоть убейся!
- А, может, так и правильно? – неуверенно спросила Татка.
- Как это правильно? Я не могу так жить. К нему будут все приставать, он будет всех спасать от одиночества, а я кто? Так, запасной вариант?
- Да может у них и не было ничего!
- Интересное кино, - сказала я, и сердце так и дрогнуло, это было выражение князя, и я сердито отмахнулась от него и поправилась по-своему: - Интересно, девица лежит в его кровати, и на ней - его рубашка. И это называется «ничего не было».
- Ну, конечно, это очень красноречиво, согласна, - сказала Татка. - Но может, это не то, что ты думаешь. Ведь его же с ней не было.
- Да мало ли куда его понесло! Может, он за шампанским побежал, обмыть успешное мероприятие.
- Но ведь он тебя ждал. Тебя. Он в этот раз знал, что ты придёшь? Какое может быть мероприятие?
- Но я же пришла раньше чуть ли не на час. Ему вполне хватит этого времени.
- Нет, всё равно, что-то тут не так.
- Ну что, Наташ, что не так? - я страдальчески покусала губы. - Я же своими глазами видела, как в тот раз они целовались. И я своими глазами видела, как сейчас она лежала в его постели.
- Ну может, она просто так легла. Отдохнуть. А может, она там ночевала. В его рубашке. Ну не было у неё с собой ночной рубашки, он ей свою и отдал. Может это его сестра? А, может, одноклассница приехала в Москву, и у него остановилась.
- И лежала в постели до вечера под одеялом? Ты ещё расскажи, что это была одноклассница из Австралии, и у неё сейчас ночь!
Татка фыркнула, но мне было не до смеха:
- Почему это надо лезть отдыхать под одеяло, а не на покрывало? По-моему, только в одном случае: когда на тебе больше ничего нет!
- А ты знаешь, - оживилась Татка, - вот у моих деревенских родственников, например, не принято ложиться полежать на покрывале. Покрывало обязательно снимают и ложатся на постельное бельё.
- Почему это? – удивилась я.
- Ну, жалеют покрывало. Считается, что бельё выстирать проще. Чем покрывало.
- Дичь какая-то, - сказала я. – Покрывало и предназначено для того, чтобы на ночное бельё никто не завалился и не плюхнулся в уличной одежде.
- Ну, вот такие у людей тараканы, - сказала Татка. - Может, у этой девицы тоже тараканы. Приучила деревенская мама не портить покрывало.
- Да у него и покрывала-то никакого нет! Господи, мне ещё теперь считать, у кого какие тараканы! – воскликнула я со слезами в голосе. - какие тараканы?! Он мне всю душу вымотал! Понимаешь? Он сейчас придёт и, конечно, всё в два счёта объяснит. И всё у него будет правильно и логично. И он, конечно, окажется прав. А я опять буду дурой! И так каждый раз? Вот кто-нибудь так ещё живёт?
- Да вы ещё и не живёте, - сказала Татка. - Вы вообще свободны оба. Вы друг другу никто, понимаешь? Никто!
- Вот и хорошо, - сказала я, глотая слёзы. - Раз никто, и не надо больше ничего!
- На меня-то не кати бочки, - помолчав, сказала Татка. – Я что ли, не на твоей стороне? Я считаю, ты права. И я всё сделала, как ты просила.
Я судорожно вздохнула. Положила голову на руки, тихо подбирая языком слёзы. Да всё так. Да, Татка всё сделала, как я просила. Только легче не стало. Стало ещё тяжелее и горше. Словно планета умерла. Планета, на которой мы были вместе.