ч.4. 58
И снова заговорил низкий голос. Мне показалось, сказали: «Золотого тара…» или «Золотая тара»?
Опять непонятное.
Видела сына? Чьего сына? У неё есть сын? С которым она увиделась здесь, в Москве?
Или мне всё это померещилось? И откуда мужчина? Тоже померещился? И почему, чёрт побери, я вообще всё это слышу так, словно стою рядом, прислонив ухо к дверям номера?
Когда-то уже это было, было… Я не должен был слышать, но почему-то слышал...
Вспомнил! Во сне это было. Телега, старуха рядом, Турилов. Нет, Турилов остался тогда на хуторе, Василий с нами ехал, правил… И второй мужик, как же его звали… ладно, неважно. Главное, что, сидя с ними в телеге, я внезапно услышал разговор Белки с Богорадой. А потом оказалось, что этот разговор был на самом деле.
Но это было во сне, а сейчас я ведь не сплю…
Я услышал шаги по коридору от лифта, быстро затянулся в последний раз, искоса, воровато оглянулся – и остолбенел. Из глубины коридора шла по направлению ко мне Дануца. Она шла спокойно, неторопливо, в руках её был какой-то узкий распахнутый блокнот, и на ходу она его листала. Как? Она же только что разговаривала в номере! Или я что, спал сейчас тут?!
Мне глупо захотелось вжаться в кресло, хотя было ясно, что нужно проявить вежливость и встать. И я неловко встал, сознавая, что выгляжу, как школьник, застигнутый в туалете с сигаретой.
Дануца подошла, захлопнула свою книжечку, посмотрела спокойно и мягко.
- Что вы здесь делаете?
- Я здесь… думаю, - сказал я первое, что пришло в голову.
- Здесь нельзя курить, - помедлив, сказала она. Взяла из моих рук окурок и бросила в урну.
- Ну, и о чём же вы думали? – спросила она, в глазах её блеснул юмор.
- Не помню, - сказал я почти дерзко, наверное, от неловкости. – Но вот сейчас я думаю, почему вы здесь. Вы были в номере. Оттуда никто не выходил.
- Я просто вышла через другую дверь, - сказала Дануца спокойно. – Там есть второй выход.
- Но там кто-то был, - я решил не сдаваться. - У вас в номере. Там были люди.
- Горничная, наверное.
- Но разговаривали двое. Я слышал ваш голос.
- Вам показалось.
- Но там был мужчина!
- Возможно, стюард. Вы хотите меня в чём-то уличить?
Я замолчал. За такой короткий срок она вышла, спустилась вниз, потом вернулась на лифте? Хотя почему вниз, может быть вверх? Чёрт зачем я об этом думаю – я же всё равно ничего не узнаю! Это какой-то бред!
- Вы хотите что-то ещё спросить?
- Да, - сказал я хмуро. – Там, в семнадцатом веке… я… я мог быть князем? Моя девушка зовёт меня так шутливо.
- Нет, - сказала она сразу. – Вы не были князем. Но вы были приближены к влиятельным людям. Вы были облечены их доверием. Как это сказать… правой рукой. Верным человеком. Князем – нет. Возможно, были в войске властного человека. Могучего.
- Шляхтич? – помолчав, спросил я.
- Да. Видимо.
- Я… убивал кого-то?
- Да. Вам это важно?
- Не знаю, - сказал я. – Просто… меня хотели убить… у меня был враг. Там. И такое чувство, что здесь он тоже есть.
- Он хочет вас убить? – спросила Дануца.
- Н-нет, кажется, - сказал я неуверенно.
- Лучшее, что вы можете сделать в этой жизни – не быть ему врагом.
- А если он претендует на мою девушку? – быстро спросил я, сощурившись.
- Он ваш соперник? – спросила Дануца, поднимая брови.
- Мне кажется, да.
- Но вы же не будете его убивать, - улыбнулась Дануца.
Я помолчал, глядя в сторону.
- Почему? Иногда хочется, - буркнул я мрачно.
Она засмеялась. Очень звонко, по-молодому. И смех её был знакомым. Такое ощущение бывает, когда вдруг мелькнёт в голове кусочек сна – и тут же исчезнет.
- Я вот что скажу, - Дануца отсмеялась и стала серьёзной. – Выбирает женщина. При условии, что нет насилия. Вам не надо ожесточаться. Если вы суждены друг другу, она выберет вас.
- А если он ей суждён, - упрямо спросил я.
- Бывает и так, - сказала Дануца. - Это когда всем троим надо помучиться. Попортить кровь, - она опять засмеялась. – Но нет никакого смысла идти против воли женщины. Завоёвывать есть смысл. Идти против её выбора – нет.
- Хорошо, - сказал я. – Простите, что я вас задержал. Ещё можно вопрос?
- Да, - она мельком посмотрела на часы.
- Что такое «дезир»? – спросил я, упрямо прищурившись. Я понимал, что веду себя глупо, дерзко, по-детски, но не смог удержаться.
- Дезир? – она взглянула с любопытством. - Не знаю. Где вы слышали?
- Так, - я махнул рукой. – Случайное слово. Вы так много знаете, я подумал… в общем, спасибо, я не буду вас задерживать.