3
Станция Тургеневская. Переход на Кировско-Фрунзенскую линию. Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи
Я вышел - двери бесшумно закрылись за моей спиной. Я сощурился, читая табло - всё правильно, теперь направо...
В общем-то, я сегодня уже чувствовал себя вполне уверенно, в отличие от первых дней, когда обилие мраморных стен и рутинных переходов загоняли меня в тоску, и я выходил на поверхность с чувством выпущенного из тюрьмы заключённого.
Переход просторный, идти по нему легко, приятно, всё наполнено живым шелестом человеческих шагов, и этот особенный запах метро, волнующие сквознячки, ветерки… Прекрасен всё-таки этот грандиозный подземный дворец. Хотя какой там дворец? Десятки дворцов… или сотни?
А переход длинный, и конца ему не видно, и никаких ответвлений по сторонам, словно гигантский червяк прогрыз. Словно гигантский червяк прогрыз…
Мне вдруг становится трудно дышать, в какой-то миг вместо красивых мраморных стен я вижу закопчённый кирпич, земляной пол, свет меркнет, и только тусклое серое сияние впереди, и неизвестно, когда кончится подземелье…
И где-то здесь я потерял дневник Белки… Или наоборот нашёл?
...25 июня. Сегодня опять бомбили. Бомба попала в угловой дом, он полностью разрушен. Убит Толя Фоменко...
1 июля. Девчонки каждый день приносят страшные новости. Мальчиков нет, ушли на фронт ещё в первые дни...
Меня вдруг качнуло. Что это?.. Почему дневник Белки?.. Я замедлил шаг. Захотелось закрыть глаза и опуститься на пол. Что это?..
Я быстро отошёл к стене, оперся рукой, прислонился лбом к гладкому мрамору. Вроде, так лучше…
- Что с вами?
Кто-то возник рядом – смешная шапочка с помпоном, лицо встревоженное, но видно, что весёлое, курносенькое… Я пока не мог ничего сказать, морок медленно отступал от меня.
- Чем вам помочь? Нашатырь нужен?
Я хотел сказать «нет», но девчонка уже щёлкнула сумочкой - в нос мне шибануло пронзительным холодом. Голове сразу полегчало. Я судорожно вздохнул.
- Вы… кто? - пробормотал я, мучительно восстанавливая баланс в теле.
- Медсестра Ольга Мареева, - с готовностью представилась девчонка. - Вам куда ехать? Далеко?
- До Юго-Западной.
- Мне в обратную сторону, в Сокольники. Я вас посажу. Пойдёмте, платформа уже рядом. Там скамейки, я побуду с вами.
Я ещё раз глубоко вздохнул, сжал и разжал кулаки. Ну ты и даёшь, парень… что ж такое-то с тобой?..
Девушка Ольга оперативно проводила меня на платформу, где, действительно, были скамейки, усадила меня и строго посмотрела на часы.
- Вы спешите? - пробормотал я. – Поезжайте, мне уже нормально.
- Нет, я засекаю время.
- Сколько мне осталось жить? – усмехнулся я.
Но медсестре Ольге Мареевой было не до шуточек. Она без церемоний забралась в рукав моей куртки и принялась сосредоточенно считать пульс. Лапка у неё была нежная, умиротворяющая, я прикрыл глаза.
- У вас тахикардия, - сообщила девушка озабоченно. - Наверное, давление упало. Вы давно ели?
- Что? – я недоумённо уставился на неё.
- Вы сегодня обедали?
Я усмехнулся. Ай да Ольга Мареева, молодец, в корень узрела. Конечно, с утра скакал по сцене до упаду, пообедать не удосужился, на свежем воздухе практически не был… да и вчера то же самое…
- Точно, не обедал. Спасибо вам… Приезжайте к нам в Крым, - я улыбнулся.
- Вы из Крыма? - засветилась она. – А давно в Москве?
- Пять дней.
- Ой, так у вас ещё акклиматизация не закончилась! – воскликнула она озабоченно. - А сегодня ещё магнитные бури! Вот организм и отреагировал. Вам надо быстрее домой и покушать, - объявила она безапелляционно. - И носите с собой шоколадку всегда. Их сейчас не достанешь, но, если увидите, сразу несколько купите и с собой носите. А хотите, я вам с собой нашатырь дам?
- Не надо. Вдруг кто-то ещё будет в обморок падать.
- А у меня ещё пузырёк есть, - хозяйственно объяснила она. – В аптеках уже не найдёшь, а я на работе беру и с собой ношу. Вдруг людям понадобится. Теперь и шоколадку буду носить. Вдруг у человека глюкоза упадёт.
Она стояла передо мной, озабоченная, деловитая, совсем пацанка...
- Вам сколько лет, медсестра? – улыбнулся я.
- Семнадцать, - сказала она с достоинством. - Я в медучилище учусь, потом буду в Первый медицинский поступать. Я с бабушкой живу, хочу бабушку вылечить от всех болезней.
Я не выдержал, встал и поцеловал ей руку.
– Передайте своей бабушке, что вы сегодня спасли человека.
Она засмеялась, зарумянилась, смутилась, и мне стало совсем хорошо.