И только когда уходящий поезд ввинтился в глушь тоннеля, досада пронзила меня до мозга костей. Осёл! Какого чёрта я стоял, разинув рот? Надо было прыгать в вагон за ней! Дурак тупой, стоял, ушами хлопал… Ладно, тихо, надо думать быстрей. Надо срочно на выход!
Я ринулся.
Следующая конечная, поезд дальше не пойдёт, - соображал я, судорожно протискиваясь вверх по эскалатору мимо замерших истуканами пассажиров. – Значит, девушка в белой шапочке выйдет где-то рядом совсем. Сколько здесь – километра два? Немного же, раз плюнуть...
Толкая людей, сквозь зубы наскоро извиняясь, я вырвался наверх и заметался глазами. Чёрт, здесь же несколько выходов! Вроде, сюда... Или туда? А, какая разница, главное вон отсюда, на воздух, а то уже опять поползла в голову тошнотная дурь…
Но когда, наконец, тёмный город глянул мне в лицо россыпью окошек, и холод побежал за ворот, я опомнился.
Что я себе навообразил? Она садилась на моих глазах. Спускаться в метро, чтобы проехать одну остановку? Это вообще нормально - ехать на метро всего одну остановку? Какой в этом смысл? Или тут так принято? Надо спросить у девчонок…
Я загнанно покрутился вокруг себя - мне-то куда? А! Вот куда, ясно! Значит, метро там - и мчаться надо тоже туда, она выйдет где-то там, впереди, и… и я её там встречу! Я её поймаю! Минут за десять долечу и увижу впереди призывно светящуюся букву М. И если это была она, мы должны встретиться! Встретились же мы совершенно случайно - там, на набережной... В городе, где не мёрзнет море…
Мысль была совершенно идиотской, но я полетел вперёд, не желая верить в её идиотизм и выжимая из себя остатки сил.
4
Сначала мне было даже почти весело, я, забыв про усталость и голод, резво обгонял пешеходов.
Но через какое-то время горячка моя начала проходить, я одолел уже довольно много пути, уже проплыл справа по борту мой дом, а красной буковки впереди и не намечалось. Я пошёл медленнее. Голова тихо остывала. Нет, всё-таки, бессмыслица это: сесть на проспекте Вернадского, чтобы доехать до Юго-Западной одну-единственную остановку. Хорошо, но ведь кто-то же сел? И не одна она, народ вокруг неё бурлил, садился тоже...
Я пошёл ещё тише. До меня стал, наконец, доходить ведь абсурд моего плана. Я вспомнил, что на Юго-Западной тоже не один выход в город, и совершенно никому не ведомо, через какой именно выйдет из подземелья девушка в белой шапочке.
Я остановился, посмотрел на часы. Прошло уже двадцать минут после нашей встречи. Конечно же, она уже доехала и вышла в город. Надо возвращаться домой и не разыгрывать Ромео. Я постоял ещё немного на ветру, привыкая к разочарованию и чувствуя, как иссякают последние силы, потом развернулся и неуверенно пошёл обратно.
Единственным плюсом моего кретинского марш-броска было то, что по дороге мне попался нужный магазин, и теперь я точно знал, куда идти за хлебом.
В булочной было тепло, пахло свежей выпечкой, народ резво разбирал буханки и батоны, и я подумал, что Вероника правильно выпроводила меня пораньше, иначе приехали бы, как вчера, к ночи, и остались без хлеба. На Нору надежды мало. Несмотря на то, что мы с ней под одной крышей, я видел её за это время от силы раза три. Вчера она пришла под утро и не факт, что появится и сегодня.
В тепле и тесноте очереди меня потянуло в сон и опять закачало, только уже от усталости. Теперь мне страшно было подумать, что я собирался тащиться два километра, или сколько там получалось между станциями. Хотелось уже домой, хотелось есть, пить… Чёрт, когда же я так уставал в последний раз – если только в армии. Но в армии не надо было заботиться о хлебе насущном.
Да, вот такая она московская жизнь, Чеслав Радивилов, это тебе не под крылом тёти Маши сидеть с её сырниками и грибными запеканками… При мысли о запеканке у меня даже голова закружилась.
Я вышел на улицу, ветер тут же кинул мне в лицо горсть мелкого снега и одновременно тёплый хлебный запах. Я не выдержад, вцепился зубами в буханку – она была мягкой и потрясающе ароматной. Что здесь прекрасно, так это хлеб, у нас дома совсем не такой. Я отодрал клок от буханки – хлеб на свежем воздухе вдвойне вкусен. Ещё бы сольцы… Через пять шагов я понял, что буханку до дома не донесу. Чем я думал, интересно, надо было брать две… Тьфу, хорошо ещё недалеко ушёл…
Проклиная всё на свете, я вернулся, отстоял уже из последних сил вторую очередь и взял ещё буханку и батон. Хорошо хоть дом недалеко…
А Вероника придёт поздно, ляжет устало на диван, прикрыв глаза, а я обещал ей нормальный ужин. Что ж мне приготовить-то, что у нас там дома, я даже не посмотрел, что у девчат запасено… Вот олух, надо было хоть банку килек захватить, вроде стояло там что-то такое на витрине, или это «Завтрак туриста» был? Кстати, из «Завтрака туриста» вполне неплохой супец можно быстро забабахать…