ч2. 5.
Я сошла с ума.
Моя жизнь превратилась в ожидание звонков, смыслом моей жизни становится телефон.
Утро врывается в мою жизнь радостью чуда, и с этим чудом я слетаю с постели и мчусь по лестнице вниз – неумытая, непричёсанная, не чуя ног – чтобы успеть схватить кусочек твоего голоса… Твой голос с утра немного хриплый, и мне кажется, что мы только что проснулись вместе, что ты только что меня целовал, что я только что вспыхивала под твоими губами и замирала от твоего мурлыканья мне на ухо…
А потом возвращаюсь на свой четвёртый этаж, сомнамбулически улыбаясь, храня оттенки твоего волнующего голоса – в нём всегда звенят какие-то юные мальчишеские ноты, немного бесшабашные и в тоже время нежные... Я возвращаюсь от этого телефонного разговора, словно из постели с тобой, поднимаюсь на свой этаж переполненная всем этим, не видя ничего, не слыша ничего, я однажды даже в забытьи прошла свой этаж и очнулась на шестом…
Я сошла с ума.
Вдруг посреди рабочего дня, в суете, у меня внезапно захватывает дух, я словно лечу куда-то, счастье охватывает меня. Это я вспоминаю о тебе… И всё начинает валиться из рук, кажется ненужным, тусклым, даже вредным…
- А у него очень сексуальный голос, - объявляет Татка вдруг в нашем чайном домике за шкафами.
Я давлюсь чаем.
- Ты же говорила: какой-то нахал.
- А что, нахал не может быть сексуальным?
- И что ты под этим подразумеваешь?
- А что тут можно подразумевать, кроме того, что всем известно? Сексуальный – значит, вызывающий желание.
- Да. Хорошо, - говорю я, откашлявшись. - Я ему передам. Может быть, ему будет приятно.
- Здрас-сьте, конечно, будет, - откликается Татка. - Какой это мужик откажется от такого комплимента?
- Может, ты сама ему сделаешь этот комплимент?
- А ты разрешаешь?
Она воркует с ним в моё отсутствие. Я сообщила ему наиболее удобное время для звонков. И если меня в эти моменты не бывает на месте, Татка усиленно заменяет меня.
- Когда ты меня уже с ним познакомишь? Я уже его, как родственника воспринимаю, он вчера шесть раз звонил, я специально галочки ставила… Интересно, он такой же сумасшедший, как ты? Мужчины всё-таки менее эмоциональны…
- Да нет, он совсем не сумасшедший. Он вообще очень спокойный и отлично держит себя в руках...
* * *
Я сошёл с ума.
Смыслом моей жизни стал телефон. Я живу от звонка до звонка, и ожидание её голоса в телефонной трубке – словно полёт над вечностью. От этого захватывает дух. Наверное, это видно со стороны: мне говорят, что я изменился. Девочки делают мне комплименты.
- Ой, ты такой весёлый, - щебечут они. - Прямо такой милый стал в последнее время... прямо летаешь…
- Это вы меня просто лучше узнали, - отбрыкиваюсь я, но понимаю, что они правы, чёрт возьми, они правы! Я, действительно, всё время весёлый, и мне всё время хочется ходить на руках – и я иногда и хожу на руках по галерее прямо на глазах у девочек – в перерывах между танцами, и они конечно собираются и ахают. Одна Аня не ахает и смотрит исподлобья. Но Аня – тяжёлый случай.
- Ой, ты, наверное, влюбился, - говорят самые догадливые.
- Настоящий мужчина влюблён всегда, – пытаюсь отбояриться я, но девчат не проведёшь.
- Да ладно уж… - смеются они. - А ты нам её покажешь? Она сюда придёт? Посмотреть на тебя придёт?
Надо возмутиться. Надо быть строгим. Всё-таки, я преподаватель, а они ученицы. Но у меня ничего не получается. Щенячье счастье так и рвётся во все стороны. Телефонная трубка горит и плавится под ухом.
- Послушай…Ты придёшь? Сюда, к нам?
- А можно с Таткой? Она хочет с тобой познакомиться.
- Конечно! Приводи хоть весь коллектив.
- Но когда? Как? Видишь, как всё… Я с утра занята, ты вечером занят… Конечно, я хочу прийти, очень хочу…
- Приезжайте на прогон. Я тебя буду ждать! Слышишь? Я тебя буду ждать! Я тебя уже жду! Мы сто лет не виделись, сегодня уже март!
Март. Небо обрушивается над городом. В феврале небо высокое и голубое, а в марте оно нахохливается, и вдруг - словно взрезали перину небесную – разрешается густым пухлым снегопадом… Но всё равно видно, что это весна.
- Вероника Владимировна, дорогая моя, как у нас дела с темой?
- Хорошо, - киваю я, стараясь быть изо всех сил убедительной, и сама себе не верю.
- Научного руководителя выбрали уже себе?
- Да, Олега Николаевича.
- Может, быть всё-таки более опытного педагога? Татьяну Ивановну, например?
- Н-нет, мы сработались с Олегом... Николаевичем. У нас очень плодотворное сотрудничество.